Читаем Вертолёт 2002 01 полностью

— Создание в Казани в 1932 году авиационного института было вполне логичным и закономерным шагом. Институт создавался, по существу, для решения проблем кадрового обеспечения развивающегося тогда на территории республики авиационного комплекса. Решение открыть, как раньше любили говорить, «кузницу» авиационных кадров было принято практически одновременно с решением создать объединение по производству самолетов. Другое дело, что уже через несколько лет КАИ стал центром подготовки специалистов не только для растущего казанского авиационного «куста», но и для всех авиапредприятий и научных учреждений Советского Союза, особенно находящихся к востоку от Казани. Наш институт, безусловно, способствовал созданию на Урале, в Сибири, на Дальнем Востоке авиационных и аэрокосмических предприятий, научных учреждений, вузов и факультетов, имеющих авиационную направленность.

Можно смело говорить и о конкретном практическом вкладе нашего института в отечественное авиастроение. Достаточно назвать таких известных на всю страну (да и за рубежом тоже) наших выпускников, как Михаил Петрович Симонов — генеральный конструктор ОКБ им. Сухого, Иван Степанович Силаев — Министр авиационной промышленности СССР в 80–90 годы, первый премьер России, Борис Иванович Губанов — главный конструктор космической системы «Энергия-Буран», академики РАН России Вячеслав Евгеньевич Алемасов, Владимир Мефодьевич Матросов и другие. Советское и российское авиастроение, развитие конструкторской мысли невозможно представить себе без КАИ.

— Казанский авиационный институт носит имя выдающегося советского конструктора А.Н. Туполева…

— И неслучайно! Не потому, что творческая судьба свела Туполева с Казанью. Нет, присвоение институту в 1973 году имени Туполева — знак признания заслуг именно Казанской школы авиастроения, оценка успехов, достигнутых в воспитании высококвалифицированных кадров.

— Геннадий Лукич, а как происходило формирование научно-педагогических школ? Какие основные этапы в этом процессе можно выделить?

— Думаю, что с первых дней становления института было задано правильное направление, в котором образование и наука развивались в тесном взаимодействии. Надо прямо сказать, что КАИ крупно повезло, потому что вслед за постановлением о создании института было принято решение о создании конструкторского бюро. Понимали люди, как надо готовить специалистов. И результаты не замедлили сказаться. В 1934 году был спроектирован, а затем построен на базе авиазавода (ныне Казанское авиационное производственное объединение) самолет КАИ-1, потом были КАИ-2, КАИ-3…

Правда, в серию эти самолеты не пошли, но они были! Это говорит о том, что уже в первые годы становления вуза образование и наука шли рука об руку. Подход к подготовке специалистов был изначально правильным: без творческой практической работы в студенчестве ни о каких профессиональных успехах инженера в будущем и речи быть не может. Так считали основатели КАИ, среди которых первым был Николай Гурьевич Четаев — ученый с мировым именем, прямой продолжатель научной линии академика А.М. Ляпунова, механик, аэромеханик, математик, физик и даже философ. Он привел в институт новых людей — Г.В. Каменкова, С.Г. Нужина, Г.А. Кузьмина, А.Ш. Аминова, которые впоследствии стали талантливыми учеными. Многие научные направления, развивающиеся у нас сегодня, так или иначе связаны с именем Н. Г. Четаева: аэродинамика, исследования по аналитической механике, управлению движения, устойчивости, оптимальному управлению — это все прямое продолжение и развитие того, что создал этот великий механик. При нем стало аксиомой то, что уровень физико-математической подготовки в авиационном вузе должен быть таким же, как в университете. И это во мноп>м определило развитие науки в КАИ: в постановке научных исследований отраслевая, прикладная направленность всегда сочеталась и сочетается с фундаментальностью университетского подхода.

Умение института идти в ногу со временем тоже закладывалось в первые годы его существования. Четкая параллель между развитием промышленности страны и развитием образования существовала всегда. Когда в начале 50-х вышло известное постановление по развитию вертолетостроения в России, в КАИ была открыта специальность по подготовке кадров для новой отрасли. В 1960 году состоялся первый успешный выпуск. Правда, вертолетную специальность вскоре закрыли — начался ракетный бум. Хотя сказать, что до ее возрождения в 80-е мы не выпускали вертолетчиков, нельзя. «Каевское» авиационное образование настолько универсально, что позволяет человеку в соответствии с потребностями общества менять специализацию и чувствовать себя вполне уверенно в новой области.

— Итак, как Вы уже сказали, КАИ всегда шел в ногу со временем. Это значит, что появление новых факультетов напрямую было связано с подготовкой кадров для новых отраслей промышленности нашей республики?