В заключение хочу выразить признательность за помощь в работе над статьей полковникам С.Ф. Гранкину и А.С. Петриченко, старшему прапорщику Ф.А. Сергееву, майору В.П. Плахотнику, майору А.П. Артюху.

Сергей СЕРГЕЕВ, г. Харьков

ШКОЛА

Во время учений

Первый полет, как первая любовь

Автор этой статьи Александр Иванович Заторный работает начальником Авиационного учебного центра Казанского авиационного производственного объединения им. С. П. Горбунова. Сегодняшняя его жизнь связана исключительно с самолетами – лайнерами Ту-214. Но и своего вертолетного прошлого Александр Иванович не забывает. Да и как можно забыть то, чему отдал пятнадцать лет, во что вложил душу и сердце, то, с чего начиналась авиационная биография. Александр Иванович закончил в свое время Саратовское военное авиационное училище (с отличием!) и сразу остался работать инструктором. Учил молодых курсантов пилотированию вертолета. Сам он до сих пор помнит тот день, когда впервые поднял вертолет в небо. Было это 33 года назад.

В детстве я и не думал стать летчиком. Мое воображение занимали мечты о море. После окончания школы нас собрал военком. и начал агитировать поступать в военные училища. Ко поскольку ни одного связанного с морем не предлагали, я быстро потерял всякий интерес к происходящему. Видя мое явное безразличие, военком спросил, что же меня вообще интересует и, услышав мой ответ, предложил постукать … в Саратовское военное авиационное училище летчиков! Дома это предложение не показалось мне таким уж странным, тем более что предоставлялась возможность покорить океан, хотя и воздушный. Так что через неделю я уже приехал в военкомат с документами на поступление.

Курсант А. Загорный

…Первый раз мне довелось подняться в воздух на самолете Ан-14 для выполнения прыжков с парашютом уже в училище. В тот день, после получения дополнительного инструктажа, состоявшего из интенсивного размахивания руками, кручения пальцем у виска и поминания какой-то матери, нашу группу, состоящую из шести человек, пригласили в самолет. Мсе место оказалось прямо у люка по левому борту, выпускающий сунул мне в руки фал, доверив тем самым очень важное дело – закрывать грузовые створки. Когда очередь прыгать дошла до меня, падать в бездну, прямо скажу, расхотелось…

Ощутимый рывок раскрывшегося парашюта вернул меня от полного оцепенения к жизни. Осмотрев купол и своих товарищей, висящих под такими же куполами поодаль, я понял, что все идет согласно конспекту по парашютной подготовке. Мало того, я почувствовал себя практически владыкой неба! А после мягкого приземления – и земли…

Первый раз на вертолете я поднимался в воздух вместе с заместителем командира эскадрильи майором Концедалом. Устроившись на переднем сидении Ми-1 и пристегнув парашют, я доложил о готовности к полету. Взялся за рычаги управления, чтобы вырулить на линию исполнительного старта, но вертолет уже был на месте, а инструктор жестами показывал, что мне необходимо запрашивать взлет. После нескольких моих неудачных попыток сделать такой запрос инструктор махнул рукой и запросил разрешения сам. Стараясь использовать на практике все приобретенные теоретические знания, я пытался взять ручку на себя и вправо, одновременно поднимая «шаг-газ» и подавая правую ногу вперед. Все мои попытки самостоятельного взлета четко контролировались инструктором. Вертолет завис на высоте 2-3 метра. Вдруг машина резко наклонила нос и перед моими глазами начала с ускорением проноситься земля. По мере увеличения скорости я упирался ногами в педали, пытаясь «оттолкнуться» от земли. Инструктора я слышал сквозь грохот ревущего на взлетном режиме двигателя. Из всего, что он мне кричал, я понял, что «нельзя на взлете зажимать педали в нейтральном положении». Прошли переходной режим, скорость достигла 100 км/ч, двигатель стал работать спокойней, кроме земли, перед глазами появились горизонт и небо.