Читаем Вернуться! (Эмигранты) полностью

Цуцик, лежавший у ног Фло, вдруг навострил уши, вскочил и, коротко взрычав, метнулся прочь. Серой стрелой пролетел через лагерь, устремился к скале, на которой сидел часовой. Моряки провожали пса удивлёнными взглядами. Зато резко поднялась Эле.

— Что там? — насторожённо спросила Катрин. — Сигнал?

- Туда Мышка пошла. С пайком для стражника, — растерянно сказала Даша.

Громко плеснуло на реке — с борта «Квадро» длиннющим прыжком к берегу махнула Теа. За ней в воду прыгнул Квазимодо — рубашку и оружие он держал под мышкой.

Катрин взлетела, опрокинув кружку с чаем. Выдернула из земли ближайшее копьё:

— Фло, Дашка — на корабль!

… Ножны кукри колотили по бедру. Подошвы толкались то о гранитные «лбы», то о ломкую траву. Отдохнули, мля! Правее Катрин бежала Эле. Десяток наскоро вооружившихся моряков быстро отстал. Ловя любое движение на скале, Катрин с разбегу взлетела на уступ, почти не касаясь руками, полезла вверх, на вершину. Пусто. Нет, не пусто, но глорец-часовой явно мёртв. У шеи тёмная лужа. Оружия нет. Мышки нет…

Взгляд уловил тень движения далеко впереди — там, где пустошь, превращалась в лабиринт гранитных обломков, частично заросший колючими кустами. Крошечное туманно-серое пятнышко неслось по камням. Цуцик.

Катрин приложила ладони ко рту упором:

— Вернись, дурак!

Пятнышко уже исчезло.

На вершину скалы поднялась Эле, молча посмотрела на труп. Внизу слышалось нетерпеливое рычание Теа, пыхтение взбирающихся моряков. Катрин шагнула к краю:

— Внизу сидите. Сюда Теа и Нога. Часовой без горла остался. Не затопчите следы.

Наверх запрыгнула бледная, сразу подурневшая лиска. Рыжие пряди, падающие на узкое лицо, стали ещё рыжее. Следом забрался Нога — с недоумением и злостью посмотрел на вытянувшееся на камнях тело часового:

— Как так? Среди белого дня? Как получилось?

— Прошляпили, — скрипнула зубами Катрин.

Внизу галдели моряки, их успокаивал благоразумный голос Квазимодо.

— Нога, скажи своим, чтобы к лагерю отходили, — пробормотала Катрин. — Не хватало ещё, чтобы нам в тыл ударили. Мы здесь и без колхоза разберёмся.

Шкипер скомандовал, щедро приправив распоряжения замысловатыми проклятьями. Моряки, ругаясь, побежали к лагерю.

Теа на четвереньках застыла над телом часового.

— Ему горло перерезали. Или перервали, — пробормотала Эле. — Рана грубая — возможно, когтями.

— Нож, — лиска выпрямилась. — Только очень плохой. Возможно, каменный. Взяли часового сзади. Не сопротивлялся. Но запаха никакого нет.

— Но как Фитиль чужака подпустил? Парень трезв был, не первый раз в походе, — Нога зарычал. — Теа, скажи — на него магию напустили?

— Не знаю. Может и магию. Запаха никакого. Если нет запаха…

— Теа, дальше, — прервала Катрин.

— Мышь утащили. Она сюда не поднималась. След внизу обрывается. Цуцик ушёл по следу…

— Мы их догоним, что б мне с муреной в штанах всю жизнь мучаться, — Нога стукнул по рукояти меча. — Догоним сейчас же. Далеко они не ушли. Дерьма им полные уши…

— Без суеты, — Катрин сплюнула в сторону далёких зарослей. — Ушли они далеко. Быстрые. Теа, попробуй разобраться, как здесь всё вышло, пока мы готовимся. Эле, пожалуйста, передай на «Квадро», пусть отойдут от берега и соберут мне оружие.

Эле кивнула, шагнула к краю, но снизу донёсся гнусавый голос Мина:

— Я всё живо передам.

Полукровка заскакал к лагерю. Невидимый Квазимодо снизу сказал:

— Мы приготовимся, леди. Оперативная группа, да?

— Точно. Проследи, пожалуйста, Ква.

Одноглазый и так и не сказавший ни слова Костяк побежали к лагерю.

Нога посмотрел на ледяное лицо светловолосой леди и сказал:

— Я лучших парней отберу. И сам пойду. Мы из этих дикарей из живых жилы вытянем.

— Жилы — дело второстепенное. Нам Мышь нужно вернуть. Возможно, она ещё жива. В абордаже твоим героям равных нет. Но здесь дело другое.

— Сколько бы их не было — порвём! Мои парни и город штурмом сейчас возьмут.

Катрин взяла шкипера за кожаную безрукавку, повернула лицом к безжизненной мешанине камней и кустов:

— Кто бы эти скоты ни были, они исчезли быстрее, чем мы добежали до скалы. Штурмовать города вряд ли придётся. Мне нужны бойцы, которые будут бежать до заката, потом до рассвета, и снова до заката. Жечь и жилы выдёргивать — всё на потом оставим. Мне нужна моя Мышь. Нога, у тебя в команде много бегунов?

— Вряд ли, — пробормотал шкипер, — мы бегать не привыкли. Но копьями работать умеем. Если нужно…

— Предлагаю вот что, — Катрин говорила спокойно, словно уже никуда не торопясь. — Вы ждёте возвращения охотников, а пока охраняете корабли. Без судов мы будем в полной заднице. К вечеру выдвиньте ударную команду к краю пустошей. Пусть разведут костры — желательно побольше, огни для нас будут ориентиром. Посты только спаренные. Раз местные на лагерь напасть ещё не рискнули — значит, опасаются нас. Костры их смутят. Я со своими людьми постараюсь выйти на след. Не справимся — подтянитесь вы.

От плана Нога остался явно не в восторге. Глорцы оставлять обиды без воздаяния не привыкли. Ничего, возможность отомстить ещё представится.

Катрин спустилась со скалы. Теа махала рукой, стоя у камней шагах в двадцати от утёса.