Читаем Вернуться! (Эмигранты) полностью

В ответ на град копий из-за рундука на баке «Квадро» вынырнул Вини-Пух и перепуганно, но весьма точно разрядил арбалет — один из пиратов на носу драккара запрокинулся с «болтом» в груди. Квазимодо, оставив так и не взведённый эвфитон, тоже подхватил арбалет. Стрелял бывший вор удивительно хладнокровно и обдуманно. Его «болт» достал одного из новых рулевых «Серебра». Пират, оседая, уцепился за кормовое весло, драккар повело в сторону, прямо на омываемые прибоем камни. Со звонким хрустом сломалось одно из весел левого борта. Уцелевший у руля островитянин с проклятием навалился на рулевое весло, драккар отвернул от опасных камней, но тут же раздался громкий скрежет, — корма «Серебра» всё же задела рифы. Корабль жалобно заскрипел, замедлив ход…

Жо сообразил, — вот оно! Момент! Плошка-светильник мирно горела в нише кокпита. Изящный, правда, с треснутым горлышком, горшок с маслом стоял под столом. Хорошо пропитанная тряпка аккуратно затыкала горловину. Когда, если не сейчас?

— Ква, пусть Сиге задний ход даст.

Шкипер кинул короткий взгляд на сомнительное зажигательное устройство.

— Не дадут докинуть.

— Пока не сообразили. Рискнём.

Квазимодо оскалился и нырнул в дверь рубки. Жо прикрывая огонь ладонью, подхватил плошку.

— Жо, внимательнее! — заорала всегда всё замечающая Катрин…

«Серебро» уже сполз с камней. Течь открылась незначительная, ничто не мешало продолжить погоню. Поэтому, островитяне не сразу заметили, что добыча сама идёт, вернее пятиться, навстречу.

Жо, прикрывая горшок, выпрыгнул из кокпита. «Серебро» как-то сразу оказался ужасающе близок. Рёв и проклятия пиратов, казалось, летели прямо в лицо. Жо не поднимал взгляда, прикованного к трепещущему язычку пламени в плошке, — только бы не погас. Мальчик почувствовал запах смолы, прокисшего пива и просоленных досок обшивки драккара. Что-то стучало рядом, — по левую руку оказался Хенк, — стучали попадающие в его щит дротики. Жо поднёс огонёк к фитилю горшка. Полыхнуло так, что юный поджигатель мигом лишился бровей. Стиснув зубы, Жо замахнулся, в последний миг увидел близкий борт драккара, заросшие бородами лица, парня, занёсшего мускулистую руку с копьём, — треугольный наконечник метил прямо в глаза…

… Копьё отбил Хенк, одновременно, через головы островитян, нелепо кувыркаясь и оставляя дымный след, полетел горшок с маслом. Звука лопнувшего сосуда Жо не услышал, — всё заглушали крики и стук оружия. Но над драккаром, под самой мачтой взметнулся блеклый, и вроде бы небольшой клуб пламени…

… Жо отшвырнуло к кокпиту. Упав на палубу и машинально укрывшись под бортом, мальчик пощупал плечо. Пальцы оцарапались о почему-то разорванные звенья кольчуги, и вообще, руку сильно жгло. В кокпит спрыгнул согнувшийся за щитом Хенк, рявкнул:

— Ты бы мог быстрей шевелиться!

Жо сообразил, что всё это время его спасала от копий широкая фигура Хенка и его надёжный щит.

В планширь стукнул последний дротик. «Квадро» уходил, а на потерявшем ход «Серебре» пытались потушить пожар…

Жо вытер мокрое от пота лицо, кожу сильно пощипывало, — подпалился. Правда, глубокая царапина на плече жгла куда сильнее. «Квадро» замедлил ход, и устало закачался на волнах. От драккара оставшегося под самой скалой, доносились крики, — похоже, быстро потушить огонь не получилось.

Из рубки выглянул Сиге с острогой в руке:

— Ввввсссёёё, пооожалуй…

— Жо, глянь, что с аккумуляторами. Потом руку перевяжу, — приказала Катрин.

Датчик показывал меньше процента заряженных ёмкостей.

— Можем разок на месте развернуться. Или ещё десяток метров пройти, — пробормотал мальчик, подставляя руку для перевязки. Катрин, прошипев сквозь зубы ругательство, мгновенно наложила повязку:

— Видят боги, я изо всех сил вбивала в твою задницу, что торчать на месте — самоубийство. Ничто тебя не научит.

Жо покаянно кивнул. И, правда, двигался, словно в ноги свинца налили. А мозги и того хуже, — скрипели как ржавые шестерни.

— Хорошо горят, — с удовлетворением сказал Квазимодо, глядя в подзорную трубу. Сократили мы непобедимый флот Редро на десять процентов. Жаль, не на двадцать.

— Ты ещё то корыто учти, что на верфи спалил, — мрачно напомнила Катрин.

— Да, — одноглазый шкипер ухмыльнулся, — хорошо, что меня больше одного раза убить не могут.

— Не каркай, — оборвала предводительница. — Готовьтесь. Что ещё интересного мы им можем предложить?

— Собственно, — ничего, — сказал Квазимодо и принялся щёлкать взводным механизмом эвфитона. — Сюрпризов не осталось. Можем им предложить наше северное ослиное упрямство. Они здесь об ослах только понаслышке знают. Ворованных мулов за чудо держат. Нет, нищий народец.

— Может, они отвернут? — неуверенно предположил Вини-Пух. — Мы и второй корабль здорово повредили.

— Отвернут? — Квазимодо засмеялся. — После такой обиды? Даже если бы мы сейчас ушли, они бы нас до Глора преследовали, а то и дальше. Вы их плохо знаете. Я же говорю, — тёмный народец, зато цепкий как клещ.

— Ну и нечего тогда болтать, — буркнула Катрин. — Жо, что у нас с «коктейлем»? На следующий заход не хватит?