Читаем Верность в Тени полностью

Когда я отступаю, он следует за мной, преследуя меня, пока мы не достигаем танцующей массы тел. Они уступают нам место, как только видят его на полу. Его хитрый взгляд по - прежнему направлен на меня. Я позволяю музыке течь сквозь меня и закрываю глаза, когда мои бедра начинают медленно покачиваться. Его прикосновения доносятся отовсюду, кончики пальцев скользят вниз по обнаженной коже моего глубокого выреза, вокруг бедра, по задней части моих плеч, пока он не берет меня за бедра и не притягивает обратно к твердым линиям своего тела.

—Каждый раз, когда ты танцуешь, я хочу выколоть всем глаза за то, что они смотрят на тебя, - хрипит он мне в ухо.

По мне пробегает дрожь.

—Это жестоко с твоей стороны.

“Вот кто я, принцесса. Жестокий, собственнический мужчина, который хочет быть единственным, кто когда-либо смотрел на тебя, потому что

ты моя. Ты всегда был моей, с того самого дня, как я увидел тебя, и ты навсегда проникла в мою голову.

Мои зубы впиваются в губу. Я не должен был бы находить дымные слова Леви горячими, но они разжигают огонь в моей душе, от которого у меня мурашки бегут по коже. От любого другого парня я бы дал ему пощечину, но от него они кажутся еще одним слоем его защиты. Это опьяняющее знание-осознавать, что он так долго относился ко мне, хотя все это время я верила, что он ненавидит меня.

От песни к песне накал между нами превращается в ад. Мою кожу покалывает везде, где он прикасается ко мне, и мое сердце пульсирует жаждущей болью каждый раз, когда он трется о мою задницу.

Когда мне нужен воздух, я проталкиваюсь сквозь толпу, Леви за моей спиной размахивает кинжалом, чтобы заставить пьяных танцоров двигаться. В комнате слишком тепло, мне нужно остыть. Я направляюсь к двери, обычно используемой в качестве общественного входа, единственной, которую я когда-то знал. Парень более задумчивый, чем Леви, если это возможно, стоит так же неподвижно, как статуи у двери. Он одет как мрачный жнец, его темные волосы вьются на лбу, а проницательные светло-серые глаза оценивающе смотрят на нас.

—Пенн, - приветствует Леви.

Пенн. Это тот парень, которому он позвонил в ночь моего нападения. Тот, кто убирал труп. Я искал, как только мой телефон вернулся, и я не смог найти ничего о жертве с ножевыми ранениями.

Он хмыкает на нас, приветственно вздергивая подбородок. Красивая девушка с синими и фиолетовыми прядями в волосах, одетая в белое и покрытая крошечными поддельными бабочками, присоединяется к нам, предлагая ему один из напитков, которые она несет, когда наклоняется к нему. Его жесткое выражение лица слегка смягчается при виде нее.

—Спасибо, бабочка.

Мы покидаем их, открывая дверь во внутренний двор снаружи. Густой плющ создает небольшой навес над нами, и хриплые звуки вечеринки разливаются во влажной, туманной ночи.

—Идет дождь.— Я протягиваю руку, чтобы прохладные капли упали на мою ладонь. Это постоянный, небольшой дождь.

—Чувствую себя хорошо.

—Я ненавижу дождь, - бормочет Леви. —Давай вернемся внутрь.

—Я люблю дождь.—Он пристально смотрит на меня, изучая мое лицо. Когда я переступаю порог, он ворчит, бросая взгляд на темное небо, прежде чем последовать за мной.

—Это не причинит тебе вреда. Давай, это так приятно.

—Тебе действительно нравится дождь?—В его тоне слышится что-то печальное.

"Да. Это заставляет меня чувствовать себя свободным”.

Он медленно кивает, наблюдая, как капли разбрызгиваются по моей коже.

—Моя мама любила дождь.

У меня перехватывает дыхание. Он мало что рассказал мне о ней, только то, что она умерла. Печаль исчезает из его глаз, когда он смотрит на меня.

—Твой костюм будет испорчен.

Я ухмыляюсь.

—Думаю, тогда мне просто придется его снять,

—Ты-проблема, - бормочет он, смиренно качая головой.

У меня вырывается смешок.

—Да, и тебе это нравится.

Его напряженный взгляд проникает в меня. Мое сердце замирает.

Несмотря на прохладу в приморском воздухе, жар изнутри возвращается, чем дольше он смотрит на меня, стоящую под дождем. Леви проводит рукой по рту, оглядывая меня с ног до головы, как будто ищет, что бы ему сказать. Точно так же он смотрит на меня в спортзале—так, как я теперь знаю, предназначено только для меня.

—Беги за мной.—Я бросаюсь бежать, пробираясь по скользкому, заросшему сорняками гравию на высоких изумрудных каблуках на платформе.

Дождь окутывает меня, а туманный туман придает территории отеля жутковатую атмосферу. У меня учащается сердцебиение, но это не от страха. Это с подпитываемым адреналином предвкушением нашей игры в добычу и хищника.

Я сворачиваю в лабиринт живой изгороди, только чтобы заскользить и остановиться, когда знакомый голос стонет:

—Рен. Черт, прямо здесь.

Улыбка пересекает мое лицо, когда я спешу по лабиринту на террасу, ныряя за потрескавшуюся статую ангела, закрывающую глаза. Я мысленно подбадриваю Роуэн за то, что она прожила свою лучшую жизнь, прежде чем сосредоточиться на месте, чтобы избежать Леви. Я напрягаю слух, чтобы услышать его, но все, что я улавливаю вокруг, - это басы музыки и грохот волн у подножия утеса.