Читаем Верная Рука полностью

Вокруг нас все было спокойно. Незадолго до рассвета мы остановились, чтобы дать лошадям отдохнуть, а перед полуднем увидели слева от нас первый кол и пустились по следу Виннету и его апачей, с которыми уже наверняка повстречался Кровавый Лис. Примерно через километр от этого места попался и второй кол, следуя по ним, мы очень скоро достигли цели своего путешествия.

Это место, как уже говорилось, апачи называли Гутеснонтинкай, а команчи Сукс-малестави, то есть Сто деревьев, и лежало у края пустыни и представляло собой вот что: граница между Льяно и зеленой долиной, простирающейся на запад, не проходит по прямой линии; она была создана самой природой, но нередко почти незаметной, и образовывала цепь непрерывных больших и малых изгибов, в одном из которых и располагались Сто деревьев. Это место в плане напоминало подкову, довольно высокое ребро которой переходило в постепенно снижающийся склон. В глубине подковы виднелся ручей, стекающий в небольшой водоем примерно двадцати футов диаметром, из которого вода вытекала в восточном направлении в пески пустыни. Здесь вся местность была покрыта сочной травой, которой наши лошади отдали должное. Эта подкова как бы несколько возвышалась над окружающей местностью, благодаря тому, что весь склон до самого верха зарос довольно густым кустарником, из которого почти по всей площади торчали тонкие жердины молодых деревьев. Они-то и были использованы отрядом Большого Шибы в качестве кольев для обозначения дороги в оазис Льяно для следующих за ними команчей. Было очень хорошо заметно, где они срубали деревья; кругом были разбросаны срезанные ножами ветки и сучья.

Мы спешились у источника, чтобы сначала напиться самим, а потом напоить и своих лошадей; после водопоя, пустив лошадей попастись, расположились у воды; я послал нескольких апачей на высотку подковы для наблюдения, чтобы нас не застало врасплох приближение Вупа-Умуги.

К сожалению, в этом благословенном уголке мы не могли оставаться слишком долго. Мы еще раз напоили лошадей, вскочили в седла, чтобы проехать к тому месту, где намеревались провести ночь.

Нам надо было проскакать примерно две мили на север от Ста деревьев, там, в центре равнины, была впадина наподобие Долины песков, в которой мы когда-то захватили Большого Шибу с его людьми.

Здесь был сплошной песок, ни единой травинки, и только поэтому команчам никак не могло прийти в голову, что кому-то захотелось бы провести тут всю ночь, а может быть, и больше времени. Кроме того, эта впадина была надежным укрытием еще и потому, что враг, подойдя лишь к самому ее краю, мог заметить нас. А вообще-то у нас не было никаких оснований предполагать, что кто-нибудь из команчей захочет сюда подъехать. Забравшись в низину, мы стреножили лошадей и улеглись на белый теплый песок, выставив, естественно, часового наверху, чтобы вовремя заметить Вупа-Умуги с его отрядом.

Как я ранее узнал от Большого Шибы, краснокожих можно было ожидать сегодня вечером. Мне очень хотелось, чтобы они не опоздали, поскольку пребывание в нашем, лишенном воды, песчаном лагере никак нельзя было назвать приятным.

К счастью, это мое пожелание исполнилось еще раньше, чем я думал. Солнце еще далеко не достигло горизонта, когда часовой сверху прокричал:

— Уфф! Команчи на подходе!

Я захватил свою подзорную трубу и взобрался вместе с Олд Шурхэндом наверх. Несмотря на большое расстояние, с которого нас заметить было невозможно, мы проводили свои наблюдения только лежа. Да, они подходили и чувствовали себя, судя по их движениям, очень уверенно. Скакали они не своим обычным строем, так называемым гусиным маршем, особенно когда они находятся на тропе войны, а совершенно свободно, поодиночке и группами, как кому хотелось.

— Они совершенно точно знают, что путь свободен, и полностью уверены, что перед ними ни одной вражеской души нет. Они даже дозора не послали вперед, — сказал Олд Шурхэнд. — Это с их стороны очень неосторожно.

— Я тоже так думаю, — заметил я. — Я бы на месте Вупа-Умуги выслал вперед лазутчиков, чтобы как следует разведать Сто деревьев и их окрестности.

— Хорошо, что он этого не сделал, разведчики, возможно, обнаружили бы наши следы.

— Конечно! Я тоже изменил своей обычной осторожности, иначе мы бы прямо сюда не поехали.

— Отсюда, правда, не очень хорошо видно, но мне кажется, что они едут прямо к Ста деревьям. Им совсем немного надо отклониться от северного направления, чтобы обнаружить нас здесь.

— Этого они точно не будут делать!

— Но это все же возможно.

— Вряд ли!

— Вы думаете, что след Большого Шибы еще не пропал и они следуют по нему?

— Нет. Они уже на горизонте, наверное, уже заметили кустарники. И даже, если это не совсем то, что им надо, они доверились своим лошадям, которые влажный воздух Ста деревьев чуют издалека и наверняка приведут их туда.

Краснокожие всадники, казавшиеся издалека не больше собаки, двигались совершенно точно на восток и становились все меньше и меньше, пока совсем не исчезли из поля нашего зрения.