Читаем Веридор. Одержимый принц полностью

Если бы Кандору до сих пор было пятнадцать или даже двадцать, он бы смутился, хотя в том возрасте уже давно не был невинен. Но сейчас он только подобрался, максимально концентрируя внимание. Видит Единый, не удивился бы, если бы она сейчас плеснула ему в лицо смертельный яд или наградила тем же Дыханием Смерти. У Содэ, конечно, не было дара проклятийника, зато других талантов хватало, также как и помощников всевозможных специализаций. Помнится, в их последнюю встречу, выслушав сообщение от Отче, что либо Кандор берёт в жёны Содэ, либо «все благочестивые государства» пойдут на Веридор войной, Жестокий король заявил, что согласен выступить против всего мира, ибо боевые действия на протяжении всей границы обойдутся дешевле, чем перестройка коридоров и расширение всех дверей во дворце, дабы Светлейшая могла свободно передвигаться, не сшибая стены и углы объёмными частями тела. Также вероятно, что после заключения брака «самая верная и чистая дочь Единого» всё-таки затащит его в постель, или ещё лучше: прикуёт к одному из пыточных орудий в темнице под замком и будет долго и со вкусом выжимать из него все соки, — и в итоге понесёт наследника и как следствие ещё больше раздастся в ширь. Так вот тогда терпение Содэ тогда вышло, и половина западного крыла дворца познала силу гнева Светлейшей. На её вспышку Кандор только заметил, что она, видно, очень хочет за него замуж, если решила лично немедленно заняться расширением проходов для своей выдающейся персоны. Всё бы ничего, но тот случай действительно мог обернуться для Веридора грандиозной войной, если бы тогда не наладились отношения с Порсулом. На восточного соседа не распространялось влияние Отче, к тому же Великий султан был бы не прочь поживиться на территории Сараты, так что их мощный союз остановил «великий священный поход». Однако сейчас Восток вроде и не входил в открытую конфронтацию, но соглашения с той стороны во всю нарушались, так что надежда в случае конфликта была разве что на враждебный нейтралитет. Как ни крути, а с Отче надо было договариваться, и король искренне надеялся, что со Светлейшей это выйдет лучше, чем с её отцом.

— Ну, раз с дежурными комплиментами покончено, может, перейдёте к делу, — Кандор уселся в кресле около окна, вроде и не далеко, и обзор на кровать открыт. Не ложиться же со Светлейшей, в самом деле!

— Разделяю вашу решительность, — проворковала Содэ. — В конце концов так долго тянуть с вопросом о браке — ни в какие ворота не лезет, не находите?

— О Светлейшая, неужели вас так прельщает перспектива стать моей женой? — ирония так и сквозила в голосе короля. Ну не мог он не подначивать её, хотя на отсутствие костей в языке и мозгов в голове не жаловался! — Возможно, вас привлекает моя слава искушенного в любовных утехах мужчины? В таком случае спешу вас заверить, что в развратности мне с вами не сравниться и навряд ли я смогу удивить чем-нибудь такую «непорочную» деву.

— Язвите, Ваше Величество, — оскалилась Содэ. — Напрасно. Что вы скажете на то, что приехала я договариваться о своем браке, но вовсе не с вами, а с вашим наследником. Ммм, принц Эзраэль хорош, очень хорош. Верите, сил нет, как хочется попробовать огненного демона. Или же твой прекрасный бастард, на титул наследника тянет практически с той же вероятностью, что и Одержимый. Нежный златокудрый мальчик, а глаза чистые, голубые. Как вы там говорили тогда? «Приковать вас к одному из пыточных орудий в темнице под замком и долго и со вкусом выжимать из вас все соки»? Как думаете, Ваше Величество, как будет смотреться ваш ангелок на дыбе и долго ли я буду вкушать…

— Хватит! — резко оборвал её Кандор. — Ни я, ни тем более мой наследник не сочетается с вами браком.

— Ещё как сочетается, — коварно улыбнулась Светлейшая. — А если нет, то вам выпадет великая честь лицезреть, как святая инквизиция казнит вашего близкого родственника. Не полюбовались в свое время сожжением брата — поглазеете на костер и обгорелый труп своего сына. Или вы полагаете, что Отче позволит жить такой скверне, как Одержимый? За вашу ошибку покарают принца Эзраэля, а затем и весь Веридор, и на этот раз Великий поход во имя веры в Единого состоится. Так что выбор за вами, Ваше Величество: самому ложиться, как на алтарь, на брачное ложе со мной, или же принести мне в жертву своего наследника. Уверяю, я с удовольствием поменяю вас на одного из ваших красавцев-сыновей и, дабы задобрить Единого, настою на связующем обряде. О Ваше Величество, что я вижу? Вы побледнели? Что ж вы так? У одного из ваших детей будет жена, изменив хоть раз которой, он станет бессилен как мужчина и с которой он уйдёт в царство мёртвых в один день. Крепкая семья и верность до гробовой доски — разве можно желать детям лучшей доли?

Ярость давно закипела в Кандоре, и ему стоило неимоверных усилий её удержать. Нельзя вспылить, не сейчас. О Единый, как Ты допустил, чтобы на свет появилась такая дрянь? Что отец, что дочь…