Читаем Веридор. Одержимый принц (СИ) полностью

— Слушай, Рай, может тебе переодеться, — между тем продолжал Гвейн. — Вообще-то ты, как принц, можешь появиться где угодно хоть голым, но отец не идиот, сразу поймет, что ты бесконтрольно оборачивался.

Одержимый непонимающе взглянул на брата и, проследив за направлением его взгляда, оглядел себя. Мда… видок так себе. Тут два варианта: либо "Прости, папа, я все же не смог приструнить порождение Хаоса внутри себя и оно, вырвавшись наружу, изодрало в клочья своими габаритами мою одежду", либо "Папа, я тут гулял в дворцовом саду и вдруг откуда ни возьмись на меня набрасывается стадо тинников во главе с гигантской самкой, к сожалению, последняя оказалась удачливее, чем леди Рагнин в свое время, а потом вся эта демоническая орда феноменальным образом растворилась в воздухе".

— Наденешь что-нибудь поприличнее и заглянем на прием. Отец, наверняка, ждет нас, да и соскучилась моя…

— Гвейн, — резко оборвал брата принц, не дав тому снова углубиться в мысли о его "госпоже" и мигом придумав, как пока уджержать его подальше от Тейши и ментальных сетей. — Я не пойду на прием. Мне срочно надо в библиотеку проверить одно предположение. Поможешь?

— Конечно, — тут же кивнул Гвейн. — В чем дело?

Пока шли до библиотеки, Рай в общем обрисовал ситуацию и свою догадку. Иллюзии — самые плохо изученные магические явления, не существующий в природе Дар. То ли был он когда-то, то ли нет, что более вероятно, но факт в том, что эту сферу магии нигде не изучали, только среди древних фолиантов, например, в дворцовой библиотеке, можно было еще что-то отыскать на эту тему, а значит, вычислить человека, способного создать иллюзию, должно быть легко вычислить. Хотя… папа эту магию не практикует, дядя вроде тоже, Черная Тридцатка только пару раз слышала о ней в Академии, а у кого бы то ни было другого резерв намного слабее…

— Иллюзия — единственное внятное объяснение того, что Светлейшая была в двух местах сразу, — заключил Одержимый принц. — Осталось только как-нибудь понять, кому такое по силам и по уму. Рагнар!

Перед молодыми людьми тут же появился призрак первого великого короля Веридора.

— Нам нужно все, что есть, о магии Иллюзии.

Всего во всей библиотеке набрался десяток томов, не особо различающихся между собой, и все было не то! Полтора часа Рай с Гвейном придирчиво изучали каждую страницу, но никаких упоминаний о нужном им явлении не нашли. Дело в том, что даже сильнейшие маги, вроде Жестокого короля, могли освоить визуальные иллюзии, однако они были сродни плотным призракам: их нельзя было потрогать, нельзя настроить на простейший разговор, даже тень нельзя было прицепить!

— В Хаос! — выругался Одержимый, захлопывая последний талмуд. — Не может быть такого! Иллюзия Светлейшей должна была быть материальной! Она же говорилла, сидела за столом, держала бокал, да пила и ела в конце концов!

Гвейн, закончивший со своей стопкой минут пять назад, все это время сидел, глубоко задумавшись, и не обратил внимания н вспышку брата. Казалось, он что-то усиленно вспоминал, но детали ускользали из давнего воспоминания. В конце концов лидер Черной Тридцатки негромко позвал:

— Рагнар! Династии рабов в Порсуле. Нам нужен Клан Изменчивых.

Призрак покорно метнулся куда-то к дальним стеллажам, Эзраэль же непонимающе уставился на брата. О том, что на Востоке достаточно много потомственных рабов, образовавших своеобразные династии, названные, как правило, именем "основателя" — первого предка-невольника, принц узнал, пока готовился отвечать дяде специфику стран-соседей. Но что еще за Изменчивые?

Рагнар быстро вернулся с толстенным фолиантом, под весом которого слегка прогнулась столешница, и даже любезно открыл на нужной странице. Бросив взгляд на книгу, Эзраэль досадливо поморщился — вместо человеческих букв он увидел убористую восточную вязь. Бррр! И что можно понять в этих палочках, волночках и точечках?! Гвейн что-то понимал, судя по тому, как сосредоточенно всматривался в это подобие текста, еще и пальцем по строчкам водил. Справа налево водил! Одно слово — Порсул!

Чем дальше читал, тем мрачнее становилось лицо Гвейна.

— Не томи уж! — е выдержал Рай. — Чего там?