Читаем Вера Хоружая полностью

Предложение поехать в Минск, в Центральную партийную школу Белоруссии, Вера приняла с восторгом. С первого же дня учебы с жадностью набросилась на книги, читала произведения Маркса, Ленина. Каждую лекцию ждала с нетерпением, потому что узнавала что-то новое, интересное и нужное в работе. Вместе с ней учились люди уже немолодые, прошедшие большую школу революционного подполья. Ежедневное общение с ними обогащало Веру знаниями жизни и политической работы. Она расспрашивала их о том, как они выполняли партийные поручения в условиях подполья, как сохраняли конспирацию и в то же время поддерживали связь с массами.

Слушатели партшколы издавали свой рукописный журнал. Вера была одним из наиболее активных его авторов.

Учеба не мешала ей участвовать в общественной жизни. Ей поручили работу с детьми. По тому времени это было ответственное и нелегкое поручение.

Империалистическая и гражданская войны, а затем засуха в Поволжье вызвали в стране разруху, голод. Появились беспризорники. По указанию В. И. Ленина партия и комсомол направили на борьбу с беспризорностью лучшие свои силы.

Вера выполняла это поручение не по обязанности, а по зову сердца: она по призванию была воспитательницей.

«Помните ли вы, товарищи, Провиантскую улицу в нашем Минске? — писала она много позже, в 1942 году. — Разумеется, помните. Вот она — прямая и длинная, с небольшими приветливыми домиками, садами и палисадниками, зеленая и веселая от детского и птичьего щебета»[2].

На Провиантской улице, в доме № 10, располагалась комсомольская коммуна. Отпочковалась она в 1923 году от Дома юношества, который находился на Загородной (ныне Обувной) улице. В нем жили бывшие беспризорники.

Появилась Вера в Доме юношества в гимнастерке и юбке цвета хаки и с первого же дня завоевала симпатии воспитанников детского дома.

Коллектив Дома юношества был дружный, сплоченный общим трудом, совместной учебой и жизнью. Заведовал домом старый опытный педагог А. А. Соколовский.

Хотя в доме царил порядок, Вера сразу же почувствовала, что в таком порядке есть и теневые стороны. Воля руководителя была слишком велика и потому несколько сковывала инициативу ребят. А что может быть ущербнее для воспитания сознательных граждан, чем слепая покорность?

— Александр Антонович, нужно создать в коллективе самоуправление, — предложила Вера заведующему.

— Оставьте эти выдумки, — возразил он. — Слава богу, и без самоуправления обходимся недурно. Для чего оно нам? Разводить дискуссии?

— Вы глубоко ошибаетесь, Александр Антонович, — стояла на своем Вера. — Самоуправление ничуть не пошатнет ваш авторитет руководителя. Надо приучать воспитанников самостоятельно решать все жизненные вопросы. Что о вас скажет партия, если вы выпустите из своего коллектива беспомощных, робких людей, способных действовать лишь по чужой указке?

Не сразу сдался Александр Антонович Соколовский. Он знал, из какой страшной бездны совсем недавно вырваны эти парнишки и девчонки, какое тлетворное влияние оказывала на них улица. Своей строгостью заведующий Домом юношества хотел оградить воспитанников от скверных поступков, привить им дисциплину и повиновение. День за днем Вера убеждала его в обратном. Наконец, было созвано общее собрание. Избрали самоуправление. Распределили обязанности. Часть функций, которые прежде выполнял педагогический совет, взяло на себя самоуправление. Оживилась общественная работа. Юноши и девушки стали самостоятельно решать хозяйственно-бытовые вопросы. И все это связывалось с приходом Веры Хоружей.

А потом она начала поход за создание самоуправляющейся комсомольской коммуны, во главе которой должен стоять не педсовет и заведующий, а комсомольская организация. «Штурм» руководящих инстанций закончился успешно: органы народного образования решили создать комсомольскую коммуну. Вот тогда и разместили ее в деревянном одноэтажном доме с палисадником на Провиантской улице (ныне улица Захарова).

И хотя формально Вера не числилась в коммуне, она была душой и мозгом молодого коллектива. Инициатива так и била ключом там, где за дело бралась эта девушка.

Регулярно в клубах Дома юношества и коммуны устраивались диспуты, вечера художественной самодеятельности. Талантов нашлось много. Были свои драматические артисты, певцы, танцоры, акробаты. Особенно выделялась Лида Шинко, впоследствии ставшая актрисой, заслуженной артисткой БССР.

На репетициях кружков, в перерывах между занятиями Вера подсаживалась к одному из коммунаров и незаметно, исподволь расспрашивала, что его больше всего интересует, кем он хотел бы стать, советовала, подсказывала, а когда нужно было, добивалась, чтобы человек освоил любимую профессию, поступил в то учебное заведение, о котором мечтал. Да и сами коммунары обращались к ней за помощью и никогда не получали отказа.