Читаем Венок усадьбам полностью

Роскошное палаццо, занимающее целый квартал города, заменяет теперь особняк. Фасад его часто выходит прямо на улицу, двор и подъезд устроены сбоку, позади, стесненный клумбами, разбит небольшой сад. Самое большее — небольшой цветник, отграниченный решеткой, отделяет дом от улицы. Бове, Жилярди, Григорьев, Кутепов — архитекторы послепожарной Москвы — создают классические примеры таких скромных, интимных и изящных построек. Колонные портики, украшенные поясом иоников на капителях, близко приставлены к стенам, точно выражают и они общее стремление к экономии места. Окна прекрасно найденных пропорций, арочные в центре, прямоугольные по краям, разбивают гладь стен, где единственными сочными пятнами-украшениями являются пламенеющие, обвитые лентами свечи по сторонам медальона, венки и рустики. Архитектура стремится к простоте, к внутренней гармоничности.

Дом Гагариных на Новинском бульваре, Найденовская усадьба на Яузе, дом Коннозаводства на Поварской, Софийской больницы на Садовой, Челноковых на Пречистенке и многие десятки других сохраняли в течение столетия архитектурные черты Москвы александровской эпохи.

Этот тип дома-особняка — типичный для усадьбы. Уже нет прежних материальных возможностей — строительство загородных дворцов непосильно разоряющемуся земельному дворянству. И только там, где произошло переключение средств, возможны были попытки нового строительства.


“Парадный въезд в усадьбу кн. С.М. Голицына Кузьминки”. Гравюра начала XIX в.


Кузьминки[142] — одна из немногих усадеб, устраивавшаяся с широким размахом в эпоху 20—30-х годов XIX века. Голицынские пашийские заводы позволили вырасти этой блестящей подмосковной.

Даже после пожара 1915 года и последующих разрушений Кузьминки можно рассматривать как интереснейший музей садового искусства. И не только благодаря обилию садовых построек — всевозможных павильонов, домиков, беседок, но также благодаря своеобразной садовой мебели, исполненной в чугуне. До сих пор эта отрасль декоративного искусства выпадала из сферы внимания исследователей русского искусства. А между тем чугунная архитектура, чугунная садовая мебель, решетки, фигурные отливы могли бы составить предмет интереснейшей монографии.

Государственные заводы в Петрозаводске исполняли решетки, мосты, фонари, скульптуры, по настоящее время составляющие видную часть декоративного убранства северной столицы. Нижне-Тагильские заводы Демидовых поставляли чугунные плиты, вазы, украшения, фигуры сфинксов и львов, уцелевшие еще в подмосковных — Петровском-Алабине и ...* (* Так в рукописи.). На пашийских заводах Голицыных были исполнены украшения парка в Кузьминках — всевозможные скамейки, тумбы с цепями, фигуры львов, садовые канделябры. На заводе имения Бибарсова в Тульской губернии отливались металлические украшения парка в Суханове Волконских — обелиск Александру I, ампирные треножники, вазы, плиты, решетки. Отливы эти повторялись — в Павловске и Царском Селе встречаются некоторые формы украшений и сооружений Суханова и Кузьминок. Чрезвычайно богато чугунными изделиями Грузино графа Аракчеева, отдельные предметы встречаются во многих усадьбах центральной России, на многих кладбищах столичных и провинциальных городов.

Черные чугунные ворота, составленные из четырех массивов по четыре сгруппированных тяжелых дорических колонн, несущих антаблемент, — отмечают въездную аллею в Кузьминки на опушке парка. От ворот, увенчанных архитравом, где по-ампирному скупо нанесены веночки, отходят, закругляясь, решетки — тонкие копья с намеченными на их ажуре плоскими силуэтными вазами. Решетка приводила к двум теперь разрушенным сторожкам. Совершенно такие же ворота, с теми же решетками украшают под названием “Моим сослуживцам” Павловский парк. Только вместо государственного орла над архитравом здесь, в Кузьминках, красуется щит с гербом Голицыных, отлитый в московской мастерской скульптора Кампиони, герб, сдержанно и благородно напоминающий о владельцах усадьбы. Широкая аллея-просека, великолепное зеленое авеню, прямым как стрела проспектом уводит в глубину к дому через массив парка. Стриженые невысокие липы, тумбы, соединенные цепями, отделяют проездную дорогу от пешеходных дорожек по сторонам. Эта дорога точно создана для парадных экипажей, для нарядных запряжек цугом лошадей... Справа и слева на равном расстоянии отходят перпендикулярно аллее боковые просеки парка.


Чугунные украшения в Кузьминках. Современное фото


Перейти на страницу:

Похожие книги

Рерих
Рерих

Имя Николая Рериха вот уже более ста лет будоражит умы исследователей, а появление новых архивных документов вызывает бесконечные споры о его месте в литературе, науке, политике и искусстве. Многочисленные издания книг Николая Рериха свидетельствуют о неугасающем интересе к нему массового читателя.Историк-востоковед М. Л. Дубаев уже обращался к этой легендарной личности в своей книге «Харбинская тайна Рериха». В новой работе о Н. К. Рерихе автор впервые воссоздает подлинную биографию, раскрывает внутренний мир человека-гуманиста, одного из выдающихся деятелей русской и мировой культуры XX века, способствовавшего сближению России и Индии. Прожив многие годы в США и Индии, Н. К. Рерих не прерывал связи с Россией. Экспедиции в Центральную Азию, дружба с Рабиндранатом Тагором, Джавахарлалом Неру. Франклином Рузвельтом, Генри Уоллесом, Гербертом Уэллсом, Александром Бенуа, Сергеем Дягилевым, Леонидом Андреевым. Максимом Горьким, Игорем Грабарем, Игорем Стравинским, Алексеем Ремизовым во многом определили судьбу художника. Книга основана на архивных материалах, еще неизвестных широкой публике, и открывает перед читателем многие тайны «Державы Рерихов».

Максим Львович Дубаев

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019
Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019

Что будет, если академический искусствовед в начале 1990‐х годов волей судьбы попадет на фабрику новостей? Собранные в этой книге статьи известного художественного критика и доцента Европейского университета в Санкт-Петербурге Киры Долининой печатались газетой и журналами Издательского дома «Коммерсантъ» с 1993‐го по 2020 год. Казалось бы, рожденные информационными поводами эти тексты должны были исчезать вместе с ними, но по прошествии времени они собрались в своего рода миниучебник по истории искусства, где все великие на месте и о них не только сказано все самое важное, но и простым языком объяснены серьезные искусствоведческие проблемы. Спектр героев обширен – от Рембрандта до Дега, от Мане до Кабакова, от Умберто Эко до Мамышева-Монро, от Ахматовой до Бродского. Все это собралось в некую, следуя определению великого историка Карло Гинзбурга, «микроисторию» искусства, с которой переплелись история музеев, уличное искусство, женщины-художники, всеми забытые маргиналы и, конечно, некрологи.

Кира Владимировна Долинина , Кира Долинина

Искусство и Дизайн / Прочее / Культура и искусство