Читаем Венок кентавра полностью

– Господи, какой кошмар! – Василиса закрыла лицо ладонями. – Это невозможно, нет… Простите меня. Мне надо было все вам рассказать, но я боялась. Мне казалось, что вы меня подозреваете в убийстве Вероники и горите желанием засадить при первой же возможности. Я думала, что вы меня ненавидите!

– Я просто делала свою работу. Простите, если была излишне резка. У меня манера такая вести допрос, – соврала Зотова, но в душе испытала неловкость. Прима оказалась очень проницательным человеком и уловила все ее душевные вибрации.

– Ну хорошо, я вам все расскажу! В тот день, когда убили этого Земцова, мне на телефон неожиданно пришло сообщение от мамы Юли Дербеневой. Это случилось вскоре после того, как я покинула ваш кабинет и собиралась отправиться на переговоры с Варламовым. Мать Дербеневой просила меня о срочной встрече. Сообщение привело меня в некоторый ступор. С матерью Юли мы расстались, мягко говоря, плохо. Это понятно, учитывая, что случилось с ее несовершеннолетней дочерью, которую она мне доверила. Конечно, она винила меня в том, что я недоглядела за Юлей! Я и сама себя винила, но так уж вышло. Балетная школа – не тюрьма, держать воспитанниц взаперти круглосуточно я не могла. Тем более Вероника отпрашивалась у меня на встречи с братом, который якобы давал им бесплатные уроки живописи. Мать Вероники охарактеризовала Юру Колесниченко с самой хорошей стороны. Рассказала, что он храмы восстанавливал на Брянщине, и у меня сложилось о нем благопристойное мнение. Юлю я отпускала с Вероникой за компанию. Поверьте мне, я и вообразить не могла, какие уроки дает брат Вероники Юле Дербеневой. Она казалась мне очень серьезной и рассудительной девочкой.

Объяснить это матери Юли, конечно, было невозможно. Она ничего не хотела слышать, угрожала мне судом и даже физической расправой. Я предложила ей вариант, который должен был устроить всех.

– Аборт, – заключила Зотова.

Василиса кивнула:

– В этом случае все осталось бы как прежде. Юля продолжила бы обучение в балетной школе. Я, как и раньше, помогала бы ей добиться высоких результатов. Но Юля наотрез отказалась, и, самое удивительное, мать Дербеневой приняла ее сторону! Тогда уже я взбесилась всерьез, исключила Дербеневу из школы и жестко дала понять, что обратно не приму ни при каких обстоятельствах. Вот, собственно, и все. Больше я с матерью Юли не общалась. Представьте мое удивление, когда я спустя полтора года получила от нее сообщение. Я решила, что мать Юли хочет свою девочку обратно в школу пристроить. Разозлилась, но решила встретиться с ней, поговорить. Как вы знаете, я торопилась на встречу с Варламовым, поэтому перезвонила по номеру, с которого пришло сообщение, хотела встречу перенести на другое время. Телефон был выключен. От вас до назначенного места ехать было недалеко, и я решила заскочить по пути в ресторан, где меня ждал Иван Аркадьевич. Приехала по указанному адресу. Дверь была открыта. Я вошла, увидела труп какого-то алкаша, перепугалась и уехала. Конечно, я сразу поняла, что меня подставили, и сделал это человек, который хорошо осведомлен о моих делах. Я попросила Якова Сергеевича выяснить, кому принадлежит номер, с которого мне прислали эсэмэс. Бурмистров по своим каналам узнал, что телефон принадлежит некоему Петру Земцову. У вас в кабинете я поняла, что Петр Земцов и убитый – одно лицо. Я могу только предположить, что эсэмэс мне отправил убийца с телефона этого несчастного слесаря, когда он уже был мертв, или попросил Земцова набрать эс-эмэс перед тем, как убил.

– Когда Земцов был мертв, – уточнила Зотова. – Слесаря убили сразу, как только преступник вошел в квартиру.

– Кошмар, – простонала Берн. – Кто этот человек?

– Случайный свидетель одной из «шуток» убийцы. Земцов просто оказался не в том месте, не в то время.

– Теперь вы мне верите, что я вам сказала правду, что понятия не имею, кто это? Я видела этого человека в тот день в первый и последний раз в жизни. Да и то – мертвого. Одного не пойму, при чем здесь Дербенева и ее мать? Убийство Вероники как-то связно с моей бывшей воспитанницей Юлей Дербеневой?

– Вы разве не знали, что Дербенева умерла?

– Умерла? – растерянно переспросила Василиса.

– Год назад, в родах.

– Господи… – Берн перекрестилась. – Господи, какой ужас! Я не знала…

– Вам мать Дербеневой не звонила? Не сообщала?

– Я же сказала – нет. Наверное, ей стыдно было, что не послушала меня и дочку угробила.

– Тем не менее мы полагаем, что Шутник мстит вам за смерть Дербеневой. Он считает вас виноватой. Спектакля не будет, Василиса Андреевна! Идите, пожалуйста, в зал и постарайтесь вести себя как обычно. А мы в свою очередь сделаем все возможное, чтобы с вашей девочкой не случилось беды.

Василиса кивнула и направилась к двери. Обернулась: