Словно множество костей.

ПЛЕМЕННАЯ САМКА

Попировав самцами, она ждала в прохладной темноте, почти не двигаясь после спаривания. Все ее существо сосредоточилось на наполненном брюшке. Усики свернулись на голове, четыре крыла легли на спину.

От сытости чувства притупились. Большие глаза не мигали.

Рой нашел убежище и привел ее сюда дорогой из феромонов. Она поселилась в приятной темноте с себе подобными. Готовясь, самка пробовала ногами воду, сочащуюся из каменной стены. Иногда всасывала влагу.

Это все, что ей было сейчас нужно.

Ганглии за ее глазами ответили на перемену освещения – от яркого света до полной темноты. Всплеск гормонов сообщил, что она в безопасности. И самка отозвалась, оплодотворяя каждое из тысяч яиц легкими сокращениями яйцевода. Клетки внутри делились снова и снова, и каждый раз образовывалось яйцо.

Когда самка закончила, в животе раздалось требовательное урчание.

На кончике жала образовалась капелька яда.

Вдруг с дальнего края их территории пришел сигнал тревоги.

Угроза… И возможность.

Когда был устроен лек, воительницы на границах подавляли свое естественное желание атаковать все, что движется. Их агрессию смягчали общие потребности роя. Они позволяли войти на территорию лека тем, кто мог оказаться полезным, и давали приблизиться, кусая лишь тогда, когда жертву следовало подхлестнуть болью.

Самка вытянула усик и просканировала звуки и запахи.

Живот скручивался и разворачивался, проталкивая яйца к острому яйцекладу. Тем не менее она ждала. Другие за стенами тоже ждали. Одни взмахивали крыльями, выражая желание, другие щелкали толстыми, затвердевшими задними лапками. Каждый щелчок гулко разносился в туннеле. Эхо помогало уточнить форму прохода.

Затем в тональности гула появилась новая нота.

Самка услышала, взобралась на стену и, повинуясь инстинкту, тоже начала щелкать задними лапками.

Наконец, ее усики уловили два аромата: феромон завоевания и углерод дыхания.

Всё!

Она поднялась в воздух, изо всех сил работая крыльями, чтобы поднять тяжелое тело, и направилась к выделениям газа. Повсюду подобные ей, щелкая лапками, поднимались в воздух. Эхо позволяло легко обходить препятствия в темноте.

Хотя глаза самки все еще были слепы, мембраны над полостями по обе стороны головы натянулись и вбирали каждую вибрацию. Хитиновые ланцеты отшлифовали ее жало, уже смазанное ядом.

Наконец впереди что-то послышалось – вибрация, перед которой она не могла устоять.

Вибрация отдавалась эхом, заставляя двигаться быстрее. Надо добраться первой. Впереди становилось светлее, но самка не обращала внимания на освещение и сосредоточилась на вибрации воздуха.

Та становилась более явной. Превращалась в ритмичную быструю пульсацию.

В светлеющем туннеле раздавалось все больше резких щелчков, заставляя и ее щелкать лапками.

Впереди появились смутные очертания.

Эхолокация роя проникала в плоть добычи. Сквозь клетку из костей самка видела, как бьется комок мышц. И ринулась сквозь облако углекислого газа, выдыхаемого жертвой.

Она опустилась на мягкую кожу, гораздо более нежную, чем говорили древние воспоминания в генетическом коде. Когда-то она охотилась на более крупную добычу, закованную в броню.

Жало легко вошло в нежную плоть. Мышцы у основания живота содрогнулись, вводя яд.

Жертва не реагировала. Яд самки не вызывал боль, а гасил сознание, усыплял.

Опустошившись, она отпрыгнула и выпустила сетку феромонов, отметив добычу как свою.

Другие нагруженные яйцами самки вырвались на свет, ища иных хозяев для будущих личинок.

Самка зависла на месте. Она постоянно потирала лапками, оценивая добычу, чтобы убедиться, что плоть не нарушена предыдущим вторжением. Ее живот содержал тысячи яиц. В свою очередь, каждое яйцо содержало множество личинок. Их голод был ее голодом. Им нужно было много мяса, крови, костей.

Чтобы обеспечить все это, она ждала, пока ее яд полностью вступит в силу.

Он действовал и на более крупную добычу, так что много времени не понадобилось.

Глухие удары замедлились, потом еще и еще. Теперь они стали едва различимыми.

Внизу, в клетке из костей, трепетал и слабо корчился комочек плоти.

Пора!

Она снова пролетела через облако углекислого газа и приземлилась на нежную кожу. Выгнула брюшко. Яйца были готовы к выходу.

Каждый укус – дополнительный шанс на выживание потомства.

А жертва была обездвижена, поэтому кусать самка могла снова и снова.

И не собиралась останавливаться.

Столько мяса!

Глава 15

7 мая, 13 часов 49 минут по гавайскому времени

Хана, остров Мауи

Несомненно, они нашли то самое место.

Пять минут назад Грей припарковал «Джип» рядом с баньяновым деревом – и сразу же услышал слабые крики, эхом отражавшиеся от лесистого склона горы. Опасаясь худшего, он оставил команду собирать снаряжение, а сам прыгнул к Сейхан на мотоцикл.

Шины и подвеска «Ямахи» подвергались тяжелому испытанию. Путь лежал круто вверх по узкой тропе.