Читаем Венера Прайм полностью

Капсула приближалась к Ио так быстро, что изображение на экране прямо летело в лицо. «Гранд Каньон» на Земле, обзорная площадка, далекие виды холмов и гор. Внезапно гравий под ногой приходит в движение и Марианне кажется, что ее несет прямо в пропасть. — Та давняя картинка вспыхнула у нее в глазах и Марианну охватил дикий ужас:

— Рэндольф, мы падаем! Что-то не так! Мы падаем прямо в него… в этот вулкан!

Мэйс подавил улыбку. Вывел на экран графику, заменив ей реальность на экране.

Зеленая линия намеченной траектории показывала, что они должны пройти на расстоянии трехсот километров от поверхности Ио. Синяя линия их реального положения ползла рядом с зеленой со скоростью несколько миллиметров в секунду, но они совпадали.

Сердце Марианны все еще колотилось, она не могла отдышаться.

— Да, мы падаем. Действительно, так можно сказать, — Мэйс был само спокойствие, — но мы падаем мимо вулкана, а не в него. Мимо Ио, а потом будем падать мимо Юпитера.

Он улыбнулся ей и эта теплая успокаивающая улыбка была именно тем, в чем она нуждалась сейчас по-настоящему. Марианна изучала рисунок так, словно от этого зависела ее жизнь. Ее пульс замедлился, она чувствовала, как напряжение уходит.

— Мне очень жаль, Рэндольф, — сказала она слабым голосом.

— Не нужно извиняться. Такая быстро меняющаяся перспектива действительно пугает.

— Просто… это так реалистично, включи картинку, я постараюсь побороть свою… воображение.

Картина была впечатляющей. Захваченные гравитацией Ио, они неслись со скоростью 60 000 километров в час, — неподвижная поверхность неумолимо приближалась. Мышцы лица Марианны вновь напряглись, но она сдержалась и заставила себя смотреть.

Извержение вулкана было темным и текучим, как кровь, полупрозрачный холм мягкого красного цвета выползал наружу из темного жерла в его центре, распространяясь в стороны симметрично. Картина была почти сладострастной. Их капсула вонзилась в центр верхушки шлейфа. Затем все изогнулось и исчезло. Голос капсулы произнес:

— Видео-программа не предусматривает дальнейший показ поверхности Ио. Если вы хотите продолжить, выберите режим «ручная настройка» на вашей видео-консоли.

— Нет, спасибо, — тихо сказала Марианна.

— Все записывается, — сказал Мейс. — Мы можем посмотреть позже, если захочешь. Когда мы будем далеко.

— Рэндольф, — сказала она тихим, почти сердитым голосом, — неужели мы не можем снять эти дурацкие скафандры? Я хочу, чтобы ты обнял меня, — она, не дожидаясь его ответа, хлопнула по застежкам ремней безопасности и освободилась от своего кресла.

Он ничего не сказал, но последовал ее примеру. К тому времени, как он освободился от ремней безопасности, она уже была без скафандра. Вскоре они оба уже кувыркались в невесомости нагишом — темноволосая и гибкая молодая женщина, мускулистый, угловатый, явно пожилой мужчина. Слабый свет видео-экрана освещал эту сцену.

Она не обратила внимания на слабый гул маневрирующей системы капсулы. Ей было не до этого. Но даже если бы обратила, все равно она не могла знать, что по программе полета корректировка курса в этой точке не предусмотрена.

С тех пор как Мэйс и Марианна отправились к Ио, Спарта неотлучно находилась в «Автоматизированном центре управления движением пространства Юпитера Космического Совета», чьи зеленые экраны отслеживали каждый корабль в пространстве Юпитера.

— Есть отклонение, — зафиксировала Спарта.

— О чем ты, инспектор? — недоумевала контролер — молодая немка. Ее белокурая короткая стрижка была такой же квадратной и блестящей, как эполеты на ее синей униформе. — Никаких изменений в траектории движения «Лунного Круиза» не видно.

«Это тебе не видно», — подумала Спарта, но лишь посоветовала продолжать наблюдать внимательнее, а сама сделала вызов Командору по своей личной связи.

— Неловкий момент, Эллен, — проворчал Командор.

— Извините, сэр. Что, застала тебя в сортире?

— Сорвала мне фиксацию контрабандной операции в доме фон Фриша. Теперь придется оставить это местным.

— У меня дело не терпящее промедления. Дай команду на катер, чтобы доставили меня на Амальтею.

— Хорошо, сделаю. Но может, все-таки расскажешь, что происходит? Вдруг кто-нибудь, из начальства, захочет знать?

— Похоже, Мэйс собирается что-то предпринять.

— Что? Я буду через полчаса.

— Вам лучше остаться на Ганимеде, сэр. Прикрой наш тыл.

— Он рассмеялся. — Все, на что я годен в старости. — Его голос звучал необычно устало.

— Не унывайте, босс. Война еще не закончилась.

На борту «Лунного Круиза» время проходило в любовных играх.

— Ты спишь, — яростно прошептала Марианна.

Мейс открыл глаза:

— Напротив, дорогая, ты меня воодушевляешь.

— Надеюсь, ты не думаешь, что у нас все закончилось?

— О, я конечно… надеюсь, что нет. — Он помедлил. — Но я эгоист. Я люблю смешивать свои удовольствия.

— Звучит интересно. — Ее речь была чем-то средним между мурлыканьем и рычанием.

— Знаешь, я хотел бы, чтобы мы не пропустили Европу, это очень интересно, займет всего около часа, — он поспешил продолжить, увидев холодное потрясение на ее лице, — а затем мы сможем насладиться с тобой, ни на что не отвлекаясь.