Несколько покупок на рынке, туалет, и вот она в первом утреннем поезде-антиквариате, пыхтящем вниз по чайным террасам к равнинам. К тому времени, как маленький поезд достиг своей конечной станции, мышление Спарты изменилось. Она решила, что ее роль Эллен Трой, инспектора Комитета Космического Контроля, окончательно и бесповоротно исчерпала себя. Для того, что она собиралась сделать, что такое значок, как не обуза? Она прошла через платформу к ближайшей информационной будке. Будка в ее умелых руках — это билет к богатству, мобильности и невидимости. Не раз она уже пользовалась таким билетом. Улыбка тронула ее вечно открытые губы. Она редко улыбалась, и эта улыбка была не из приятных.

Через день после отъезда из Дарджилинга она вошла в космопорт Варанаси. Глаза у нее были светло-карие, волосы такие же длинные, прямые, черные и гладкие, как у Холли Сингх, а ее сари украсило бы и жену махараджи. Когда она разговаривала с бортпроводником на гиперзвуковом джитни, летевшем в Лондон, ее акцент был совершенным английским, оживленным музыкальными нотками Индии.

Но когда три часа спустя она вылетела из Хитроу в Лондон на мгнитоплане, ее волосы снова были золотисто-рыжими и вьющимися, а глаза сверкали зеленым.

На следующее утро она проснулась окоченевшей и замерзшей. Дождь стучал в единственное маленькое окно ее квартиры. В Лондон пришла зима.

Видеоплата осветилась изображением молодого человека:

— Рональд Вейр, Би-би-си. Утренние новости. Комитет Космического Контроля только что объявил о захвате грузового корабля «Дорадус». Корабль был обнаружен брошенным в малонаселенном районе главного пояса астероидов. «Дорадус» и его экипаж разыскиваются уже несколько месяцев в связи с попыткой захвата артефакта, известного как марсианская табличка. Представитель Комитета отмечает, что «Дорадус» был переоборудован в пиратский крейсер с современным тяжелым оружием, запрещенным к применению Советом Миров. К зарегистрированным владельцам судна обратились с запросами.

Диктор зашуршал бумагами:

— В Узбекистане, административном регионе Южной Центральной Азии, религиозные лидеры объявили о прекращении огня в ходе девятилетних военных действий…

Спарта вновь став Бриджит Рейли, надела одно из самых простых платьев и свитер. Наскоро позавтракав соевой пастой с отрубями, она завернулась в потертое пальто и под мелким дождем направилась в свой офис.

Не пожелав никому доброго утра, она повесила пальто и зонтик и села за свой терминал.

До сих пор ни одна бюрократия не была защищена от ее электронных запросов. Как плющ на каменной стене, ее разум проникал в щели каждого бюрократического фасада, терпеливо выискивая крупицы информации там и сям, пока массивные структуры упрямства и обмана не рассыпались.

Комитет Космического Контроля управлял самыми сложными компьютерными сетями в обитаемых мирах; целое бюро внутри Комитета занималось совершенствованием компьютерной безопасности, а другое его бюро пыталось разрушить эту безопасность.

Спарта, хотя ей это и не полагалось, была досконально знакома с этой системой. В конечном счете, она могла заглянуть в любой файл, который хотела увидеть. Она также с легкостью изменяла файлы и создавала новые по мере необходимости.

Информация была океаном, в котором она свободно плавала.

XVI

— Директива о первом контакте гласит, что при любом контакте между людьми и неизвестными формами жизни исследователи-люди должны принимать все необходимые меры, чтобы не потревожить неизвестные формы, чтобы не нанести им какой-нибудь ущерб. Следуют несколько примечаний и пояснений, конечно, но суть такова. — Начал разговор Блейк

— Отличный принцип. Мы его лоббировали с огромной энергией, и конечно успешно. — Декстер Плаумэн был пугающе похож на свою сестру — худое лицо, щетинистые брови и тугая шапка вьющихся серо-черных волос.

Блейк и двое Плаумэнов шли, направляясь на северо-восток по бесконечному, заваленному мусором пляжу, на который накатывался усталый прибой цвета чая. — Лично проводя инспекцию состояния городской среды. Готовился очередной крупный иск против правительства, и Плаумэны не упускали возможность продемонстрировать на камеры, присутствующих репортеров, свою заботу об общественном благе.

Медиогончие неохотно покидали асфальт, боясь появления песка в своих ботинках, и у Блейка была возможность сказать все, что он хотел, без посторонних ушей.

— Обратите внимание, что эта директива была предложена и принята, хотя нет ни малейшего намека на существование в настоящее время какой-либо иной жизни в Солнечной системе.

— Ну, а как же все эти окаменелости? А найденные на Венере послания инопланетян?

— Сэр, все это датируется миллиардом лет назад. И меня интересует, что побудило принять директиву именно сейчас.

— Что побудило? — Декстер энергично пнул ногой стопку использованных шприцев. — К нам пришел работник космической станции с заявлением, что он заражен внеземными микроорганизмами.

— Какое фиаско! — усмехнулась Ариста. — На суде вы не смогли предъявить ни малейшего доказательства. Ты проиграл дело.