Человек, который производил раскопки, сжимая в руке артефакт, взлетел. Но направился не прямиком к кораблю, а стал выписывать всевозможные кривые, стараясь уйти из-под обстрела. Направить луч ему в глаза было невозможно и Спарта нацелила лазер на топливный резервуар ранцевого двигателя, и луч жег его непрерывно.

Прошло пять секунд. Цель поднималась все выше и выше над поверхностью. Десять…заряд батареи лазера был на исходе… Взрыв! Ей повезло, взрыв двигателя произошел когда мужчина, двигаясь зигзагами, оказался лицом к поверхности и сила взрыва отбросила его назад, к Фобосу.

Спарта, отбросив лазер за спину, устремилась на перехват. Человек остался жив, и «Дорадус» успеет спасти его, в скафандре достаточно воздуха. Спарта была довольна тем, что не убила человека, в остальном ее не интересовала его судьба. Ее интересовал только драгоценный предмет, который он сжимал в правой перчатке. Человек видел, что она приближается, но ничего не мог поделать, только беспомощно извивался. В панике он отшвырнул артефакт в сторону.

Спарта настигла табличку вскоре после того, как она ударилась о поверхность, выбросив облако угольно-черной пыли. Она оттолкнулась от поверхности одной рукой, как ныряльщик, скользящий над дном моря, и схватила кувыркающееся зеркало, прежде чем оно отскочило дальше. Взревев реактивными двигателями, она направилась к ближайшему кратеру. Она уже была в воронке размером с лисью нору, когда появился, прибывший на помощь SAD.

Видимо желание уничтожить Спарту перевесило ценность жизней людей десанта и SAD получил приказ открыть огонь. Шрапнель усеяла поверхность вокруг ее кратера. По рации скафандра она услышала крики, — члены десантной группы были поражены осколками боеголовки, их скафандры были разорваны, их кровь и дыхание выплеснулись в космос.

Спарта почувствовала, как в ней поднимается прежний гнев, ярость против тех, кто пытался убить ее, против тех, кто убил ее родителей.

Она с усилием подавила прилив адреналина и переключила свой канал связи на командную частоту SADов. Уклоняться от них было детской игрой; ей оставалось только молчать и стоять неподвижно, когда они были в пределах досягаемости, и осторожно двигаться, когда они были далеко.

Как долго «Дорадус» может позволить себе находиться около Фобоса? Рано или поздно «Станция Марс» начнет задавать вопросы.

А пока пусть «Дорадус» думает, что она погибла тоже. Вряд ли кто-нибудь на борту осмелится прийти и проверить это.

Прежде чем покинуть место побоища, она подобрала дробовик и боеприпасы к нему — в хозяйстве пригодится.

XIX

Блейк просидел под дулом пистолета оранжевого человека полчаса. По грохоту двигателей и возникшей силе тяжести стало понятно, что космоплан либо ускоряется, либо замедляется, но рыжеволосого человечка это нисколько не смутило, по-видимому он полностью доверял автопилоту и заложенной в него программе. За все это время он не ответил ни на один из вопросов Блейка и даже не разрешил сходить в туалет. То есть не дал Блейку ни малейшего шанса сделать хоть какую-то попытку к сопротивлению. Ускорение исчезло и опять наступила невесомость. Прозвучал ревун и следом прозвучала проникновенная речь:

— Мой дорогой мистер Редфилд! Твоя смерть ни в коем случае не неизбежна. Поэтому выполняй все мои приказы и возможно останешься жив. Слушай внимательно. Ты сейчас подойдешь к шлюзу, достанешь из шкафчика рядом с ним скафандр, оденешь. Если замешкаешься или заартачишься — пристрелю, в принципе в скафандре ты мне сгодишься и мертвым. Но я не люблю убивать без необходимости. Мне твоя смерть не нужна. Что и зачем — тебе знать не нужно, просто не делай глупостей и возможно выживешь. Я тебя убедил?

Блейк ничего не ответил, но расстегнул ремни. Он выполнил все, что ему приказали. Последняя мысль оказать сопротивление возникла у него, когда он находился между наружней и внутренней дверьми шлюза — заклинить их и забаррикадироваться в шлюзе.

Но оранжевый человек был слишком быстр — метнулся вперед, захлопнул внутреннюю дверь и дал механизму команду на открытие наружной. Прежде чем Блейк успел схватиться за поручень безопасности, внешний люк распахнулся и вырвавшийся наружу воздух, отбросил Блейка от корабля в пространство.

Он в отчаянии огляделся вокруг, пытаясь сориентироваться.

Он увидел огромный полумесяц Марса, занимавший большую часть неба, огромный черный камень, смятый, испещренный бороздами и кратерами, — Фобос, позади за спиной — представительский космоплан Ноубла, «Пустельга», из которого он только что так стремительно вылетел, и чья серебристая обшивка сверкала в лучах солнца. А примерно в пяти километрах был виден длинный белый грузовой корабль медленно, на вспомогательных двигателях двигающийся сюда.

Скорее всего, он умрет, и очень скоро, воздуха баллонах хватит не надолго.