Читаем Венера Прайм полностью

В Париже существовало филантропическое общество «Афанасий», задачей которого было накормить голодных или, по крайней мере, некоторых из них. По тому же парижскому адресу располагалось небольшая компания — «Издательство Леке», специализировавшаяся на книгах по археологии, начиная от научных трудов и кончая журналами, полными цветных голографических изображений руин Древнего Египта. Один из тапперов входил в правление компании.

Имя Афанасий по-гречески означало «бессмертный», но это было также и имя известного современного исследователя иероглифов, иезуитского священника Афанасия Кирхера.

Такое соседство наводило на размышления и когда дела «Сотбис энд Компани» привели Блейка в Национальную библиотеку в Париже, он воспользовался этим прекрасным прикрытием для небольшого частного расследования…

…Блейк прогуливался, обдумывая свои планы, по широким тротуарам бульвара Сен-Мишель в районе Парижского университета. Широкие зеленые листья каштанов раскинулись над его головой. Этот район всегда притягивал бездомных. К нему подошла женщина, одетая в благопристойные лохмотья, лет тридцати, с лицом, сморщенным, как печеное яблоко, но совсем еще недавно хорошеньким.

— Вы говорите по-английски? — спросила она по-английски, а потом, все еще по-английски: — вы говорите по-голландски?

Блейк сунул ей в руку несколько купюр, и она затолкала их скомканными за пояс юбки.

— Мерси месье, мерси боку, — и снова по-английски, — но берегите свой бумажник, сэр, африканцы обыщут ваши карманы. Улицы кишат африканцами, такими черными, такими большими, вы должны быть осторожны.

Он прошел мимо уличного кафе, где другая женщина с перепачканным детским личиком и растрепанными волосами, похожая на Ширли Темпл, развлекала посетителей лихо отбивая чечетку, те бросали ей деньги, но она не уходила, пока не закончила свое убогое представление.

К нему подошел большой черный африканец и предложил купить заводной пластиковый махолет.

На тротуаре, прислонившись к ограде Люксембургского сада, сидели в ряд бородатые мужчины лет двадцати, с коричневыми лицами, покрытыми красными волдырями. Они ничего ему не предлагали и ни о чем не просили.

Блейк вышел к бульвару Монпарнас. Центр Парижа окружало кольцо высотных зданий. Эта стена из цемента и стекла отсекала любой ветерок, задерживая зловонный летний воздух. Вокруг кружилось непрекращающееся круглые сутки движение Парижа, более тихое и менее дымное теперь, когда все движение было на электрической тяге, но такое же головокружительное и агрессивное, как всегда. Слышалось постоянное шипение шин и непрерывное яростное гудение, которым водители пытались освободить себе дорогу. Париж — Город Света.

Блейк повернул назад по тому же маршруту. На этот раз африканец не пытался продать ему махолет, Ширли Темпл исполняла новый танец, женщина с лицом как печеное яблоко вновь пристала к нему (ее память была пуста). — Вы говорите по-английски? Вы говорите по-голландски?

В памяти Блейка всплыли события недавнего прошлого:

Прошло почти два года с тех пор, как Блейк видел Эллен Трой в Большой Центральной Оранжерее Нью-Йорка.

На аукционе «Сотбис» в Лондоне Блейк представлял интересы покупателя из Порт-Геспера и приобрел ценное первое издание «Семи столпов мудрости» Т.Э. Лоуренса. Затем, во время транспортировки книги в Порт-Геспер с космическим грузовиком «Стар Куин» произошла авария и когда Блейк узнал, что расследовать произошедший инцидент направлена Эллен Трой, он немедленно заказал билет на лайнер до Венеры, якобы для того, чтобы обеспечить безопасность имущества своего клиента, но на самом деле, чтобы встретиться со своей старой подругой по школе «Спарта» Линдой (все той же Эллен Трой, она же Спарта). На этот раз ей не удалось избежать встречи с ним.

В Порт-Геспере, на территории трансформаторного блока центрального кольца космической станции, Блейк впервые смог поделиться с Линдой поразительными знаниями, которые он получил, проводя расследование ее таинственного исчезновения и вообще всего связанного с проектом «Спарта».

— Чем больше я изучаю этот предмет, тем больше связей я нахожу, и тем дальше они уходят в глубь веков — в 13 веке они были известны как адепты «Свободного Духа», пророки — но какое бы имя они ни использовали, они никогда не были искоренены. Их целью всегда было сделать человека подобным Богу. Совершенство в этой жизни. Сверхчеловек.

Но когда Спарта спросила его, почему они пытались убить ее, Блейк мог только предположить, что она узнала больше, чем предполагалось. — Я думаю, ты поняла, что «Спарта» была больше, чем утверждали твои отец и мать.

— Мои родители были психологами, учеными, — возразила она.

— Всегда были темная сторона и светлая сторона, добро и зло.

С тех пор как Блейк вернулся на Землю, а Спарта, получив в последний момент перед отлетом неожиданный приказ, осталась на космической станции, прошло четыре месяца.