Читаем Великое прошлое советского народа полностью

Отъезд царя вызвал «великое недоумение» в государстве. Купцы и посадские люди объявили о своей верности царю и готовности самим расправиться с изменниками-боярами. Приказные люди в страхе разбежались. Перепуганные бояре и духовенство растерялись. По требованию народа в Александровскую слободу были посланы уполномоченные из самых авторитетных людей в государстве, чтобы просить царя вернуться. Царь принял депутацию милостиво, но потребовал «на своих изменников, которые ему измену делали и в чём ему были непослушны, на тех опалу класть, а иных казнить и имущество их имать (отбирать), и учинить ему себе в государстве опричнину, двор ему учинить себе и весь обиход особый». Все условия царя были приняты, и царь вернулся в Москву.

Всю землю Иван IV разделил на две части. Одну он назвал опричниной (от слова «опричь» — особое), другую — земщиной. В земщине управление оставалось в руках Боярской думы, опричнина составляла личное владение царя. Для управления землями, отошедшими в опричнину, был создан «Опричный двор» со своими учреждениями и штатом чиновников-дьяков. В состав опричнины вошли лучшие области, расположенные в центре государства. С территории опричнины были удалены князья и бояре; их вотчины были взяты «на государя». Бывшие боярские вотчины были розданы мелким дворянам. Из мелких и средних помещиков Иван IV создал особый отряд в тысячу человек, давших царю клятву служить ему верой и правдой. Их стали называть опричниками. Опричники носили особую одежду, шитую золотом и серебром. К сёдлам привязывали собачью голову и метлу в знак того, что они перегрызут врагов государя и выметут измену с русской земли. Со своими политическими противниками — боярами — Иван IV расправлялся беспощадно. Он вошёл поэтому в историю под именем Грозного.

Опричнина, введённая Иваном Грозным, имела большое прогрессивное значение. Она подорвала силы бояр и княжат, раздиравших страну на части, и способствовала централизации Русского государства.

Ливонская война вызвала большие расходы. Страна была разорена и переживала глубокий хозяйственный кризис. Это тяжело отразилось на положении народных масс. Особенно страдало крестьянство. На него легло непосильное бремя всё увеличивающихся налогов, его грабили опричники. Переход крестьян из рук бояр и монастырей в руки дворян сопровождался увеличением барщины и оброка. Раньше размер крестьянских повинностей устанавливался «по старине». Теперь помещики сами устанавливали денежный и натуральный оброк и увеличивали число дней работы на барской пашне. Крестьяне при первой возможности уходили от своих помещиков или массами бежали на юг, на восток, за Волгу. В 1581 году Иван IV временно, «впредь до государева указа», запретил переход крестьян в Юрьев день. Годы, во время которых запрещался переход крестьян в Юрьев день, назывались «заповедными летами» (от слова «заповедь» — запрещение). Это запрещение вводилось в интересах дворян-помещиков, которые постоянно жаловались, что они не могут нести государству службу и аккуратно платить подати из-за побегов крестьян или из-за того, что их переманивают другие помещики. Идя навстречу требованиям дворян, царь Иван IV своим указом о запрещении перехода крестьян в Юрьев день фактически закрепощал крестьян.

В последние годы царствования Ивана IV многие предприимчивые люди, особенно из богатых купцов, стали проникать далеко за пределы Московского государства — за Урал, в глубь Сибири. Среди таких разбогатевших купцов были особенно известны Строгановы. Они захватили много земель по Уралу и построили здесь большие соляные варницы. Для охраны своих владений Строгановы построили также несколько небольших крепостей, завели артиллерию и стали нанимать отряды служилых людей, чаще всего донских казаков. Казаками называли в то время вольных людей, живших в донских степях между Русским государством и Крымской Ордой. Прилив беглых крестьян на Дон, где жили казаки, особенно увеличился в конце XVI века, когда в центральной части России усилились меры по закрепощению крестьян.

Многие донские казаки, не занимавшиеся земледелием, совершали набеги на татарские и турецкие владения или нанимались в разные пограничные отряды. Один из таких отрядов, под предводительством донского казака Ермака Тимофеевича, поступил на службу к Строгановым, имевшим соляные промыслы по Каме.

В 1581 году Строгановы дали Ермаку оружие, суда и деньги и послали за Урал, где в то время правил татарский хан Кучум, отказавшийся от подданства Москве. Казаки, вооружённые огнестрельным оружием, легко завоевали Сибирское ханство. Кучум со своими ордами ушёл в степь. Ермак отправил в Москву послов с известием о завоевании Сибири и с просьбой о помощи. Но Иван IV, занятый Ливонской войной, своевременной помощи послать не мог. В одну ненастную ночь, когда казаки спали в своём лагере, Кучум внезапно напал на них и многих перебил. Ермак, окружённый татарами, попытался с берега прыгнуть в лодку, но оступился и утонул в Иртыше.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука