Годы тотальной войны и последующей оккупации, от вторжения в Китай в 1937 году до Мирного договора 1951 года, полностью изменили структуру источников и распределения доходов и богатства в Японии. Резкое падение доли высших доходов и впечатляющее сокращение размера крупных состояний, о которых говорилось в начале этой главы, были вызваны в первую очередь уменьшением доходности капитала, затронувшим не только самых богатых, но и другие слои населения. Состав крупнейших 9 % состояний значительно изменился. Если в 1935 году почти половину активов этой категории составляли акции, облигации и банковские вклады, то к 1950 году их доля упала до одной шестой, а доля сельскохозяйственной земли снизилась с почти четверти до менее одной восьмой. По большей части эти перемены пришлись на годы собственно войны: падение долей высшего дохода и почти все падение в абсолютном выражении (почти 93 %) реальной стоимости состояний высшего 1 % с 1936 по 1949 год практически завершилось к 1945 году[172].

Тем не менее послевоенный период, как прямое продолжение военного, критически важен тем, что он закрепил на постоянной основе предпринятые в военное время меры и обеспечил для них более прочные основания. Как сказал генерал Макартур в своем первом новогоднем обращении к японскому народу, будущее уже никогда не станут «определять немногие». Интервенции США в японскую экономику сосредоточились на налогообложении, управлении корпорациями и организации труда – то есть на тех сферах, в которых руководство военного времени и так уже нанесло сильный удар по богатой элите. Таким образом, во время войны и в первые послевоенные годы произошел прочный переход от схемы управления со стороны влиятельного класса акционеров, контролировавших компании и требовавших высоких дивидендов, к более эгалитарной корпоративной системе пожизненной занятости, профсоюзов и зависимости зарплаты от стажа. Наряду с реструктуризацией бизнеса и трудовых отношений ключевым механизмом поддержания военного выравнивания стало прогрессивное налогообложение. Оформившаяся в 1950-х годах система налогообложения Японии облагала высшие доходы предельной ставкой от 60 до 75 %, а налог на наследуемые крупнейшие состояния превышал 70 %. Это помогло сдерживать неравенство доходов и накопление богатства вплоть до 1990-х годов, тогда как строгие меры по защите арендаторов понижали доход от сдачи жилья, а коллективные переговоры обеспечивали компрессию заработной платы[173].

Война и ее последствия привели к тому, что выравнивание стало резким, массивным и продолжительным. Самые кровавые годы в истории Японии – годы войны, унесшей миллионы жизней и причинившей огромнейшие разрушения внутри страны, – заодно предоставили и возможность осуществить уникальное выравнивание. Такой исход стал возможным из-за нового типа ведения военных действий, требовавшего полной демографической и экономической мобилизации. Крайнее насилие значительно уменьшило крайнее неравенство в доходах и богатстве японского общества. В своем переходе от всеобщей мобилизации к разрушению и оккупации тотальная война стала тотальным уравнителем.

Глава 5

«Великая компрессия»

«Драма тридцатилетней войны»: великое выравнивание с 1914 по 1945 год

Насколько типичен пример Японии? Привела ли Вторая мировая война или две мировых войны к схожему результату в других странах? Говоря вкратце – да. И хотя в каждом случае имелись свои особенности, то, что Шарль де Голль назвал «драмой тридцатилетней войны» с 1914 по 1945 год, выразилось в значительной и часто колоссальной деконцентрации доходов и богатства во всех развитых странах мира. Несмотря на альтернативные или дополнительные факторы, о которых я пишу в главах 12 и 13, нет никаких сомнений, что современная война с массовой мобилизацией и ее экономические, политические, социальные и фискальные элементы и последствия послужили необычайно мощным средством выравнивания[174].

Как мы видели в предыдущей главе, за время Второй мировой войны неравенство в Японии резко сократилось, после чего оставалось на низком уровне. Некоторые другие страны, которые участвовали в этом конфликте и для которых имеются доступные сравнимые данные, демонстрируют на удивление схожую картину – например, Соединенные Штаты, Франция и Канада (рис. 5.1)[175].

В случае некоторых крупных участников конфликта данные о высших долях доходов в указанный период не обладают высоким качеством, и эта проблема иногда скрывает резкий характер компрессии военного времени. Но даже в таком случае общая тенденция совпадает с тенденцией в отношении долей доходов верхней 0,1 % в Германии и Великобритании (рис. 5.2).