Читаем Великий караван полностью

Я попытался обратиться к соседям по колонне на всех известных мне языках доброго десятка планет, но не получил ответа. Я уже хотел заговорить с ними на земном языке, но что-то удержало меня от этого. Неожиданно большое птицеподобное существо, парившее под прикрепленным к его телу пузырем, явно наполненным газом легче воздуха, осторожно наклонилось ко мне и что-то доверительно забормотало на ухо. Не получив ответа, оно усеяло дорогу под ногами подозрительными черными орешками, подпрыгнуло над рядами и перелетело куда-то вперед. Потом ко мне приблизилось двуногое существо из передних рядов. Оно описало несколько кругов, двигаясь в ритме вальса, а затем, остановившись передо мной, протянуло мне нечто, напоминавшее четвертинку кокосового ореха. Мне показалось, что оно было женского пола — возможно, из-за изящного, даже хрупкого телосложения. Возможно, также, из-за аккуратного хохолка фиолетовых перьев вокруг головы. Вместо носа и рта у нее на лице торчал похожий на хобот отросток, постепенно утончавшийся и заканчивавшийся небольшим розовым отверстием. На месте грудей у нее располагался целый ворох лепестков такого же цвета. Я снова попытался использовать все известные мне языки, но с прежним успехом. Когда я, наконец, замолчал, потеряв всякую надежду, создание поднесло к отверстию на конце хобота кусок ореха и изобразило, будто откусывает от него. Потом оно снова протянуло мне свое подношение. Взяв его без особого воодушевления, я понял, что должен попробовать — хотя бы из вежливости. Это оказалось нечто сравнительно съедобное, распадавшееся во рту на отдельные похожие на листочки слойки. По вкусу этот деликатес немного напоминал прогорклое топленое молоко. Продолжая жевать, я с улыбкой кивнул существу. Оно радостно встопорщило свои лепестки и покрутило головой, прежде чем расстаться со мной. Я едва не крикнул вслед этой симпатичной дамочке «Спасибо, цыпочка!», но что-то снова удержало меня от использования родного языка.

Таким образом, великий караван принял меня в свои ряды. И все же, по мере того, как день клонился к вечеру (если, конечно, на этой планете были дни и вечера), я все отчетливее чувствовал, что нахожусь не в своей тарелке. То, что мне предложили пищу вместо того, чтобы поужинать мной, то, что я встретил порядок и спокойствие вместо хаоса и беспорядка, уже не удовлетворяло меня. Конечно, я мог показаться излишне требовательным, но, в конце концов, любому из вас показалось бы странным это шествие разумных животных, с которыми невозможно было установить контакт, даже если они и вели себя вполне дружелюбно. Даже, если они танцевали и пели, используя инструменты, похожие на музыкальные.

Я мог сколько угодно твердить себе, что именно здесь, в этих рядах было мое место — от этого не ослабевал давивший на меня груз звездного одиночества. Окружавшие меня чудовища казались мне все более и более странными. Я перестал обращать внимание на элементы их поведения, отдаленно напоминавшие человеческие манеры; чем дальше, тем отчетливее я видел перед собой только существа крайне причудливой, если не сказать больше, внешности. Я едва не вывихнул себе шею, пытаясь отыскать в движущейся массе эту самочку с лепестками на груди, но она исчезли. В конце концов, я махнул на нее рукой.

В это время впереди показались руины, похожие на развалины огромных зданий; учитывая скорость нашего передвижения, мы должны были пройти мимо них примерно через полчаса. Когда мы поравнялись с ними, я воспользовался этим предлогом, чтобы покинуть ряды великого каравана, несмотря на неожиданно помрачневшее небо и то и дело доносившиеся издалека раскаты грома — или чего-то другого, что очень походило на гром.

Никто не попытался остановить меня. Вскоре я добрался до развалин и скрылся за ними. Что-то родное почудилось мне в этих древних руинах, и я подумал, что когда-то стоявшие на этом месте здания вполне могли быть возведены моими далекими предками. Вскоре я увидел несколько лучше сохранившихся сооружений. Это были наполовину разрушенные гигантские небоскребы, все еще достаточно высокие, чтобы вершины некоторых из них скрывались в низких тучах.

Где-то поблизости раздался крик, тоскливо прозвучавший на высокой ноте, такой высокой, что у меня буквально заныли зубы, как это бывает у некоторых от скрипа куска мела по черной доске. Я задумался над тем, какая сила могла разрушить столь величественные здания; меня почему-то искренне взволновала судьба их обитателей.

Через некоторое время я понял, что нахожусь среди развалин не один — чьи-то неясные силуэты то и дело мелькали в проемах возвышавшихся вокруг меня остатков стен. Это оказались существа почти такого же роста, как я, но они передвигались на четвереньках. Вскоре я понял, что они следили за мной. Их поведение напомнило мне действия стаи хищников, довольно неуклюже, но упорно пытавшихся загнать слишком крупную для них добычу. Я разглядел, что их морды были покрыты шерстью, как и все тело, из шерсти сверкали небольшие глазки и поблескивали белые клыки.