Вечером 7 декабря правительству Его Величества в Соединенном Королевстве стало известно, что японские войска без предварительного предупреждения в форме объявления войны или ультиматума, грозившего объявлением войны, произвели попытку высадиться на побережье Малайи и подвергли бомбардировке Сингапур и Гонконг.

Ввиду этих вопиющих актов неспровоцированной агрессии, совершенных в явное нарушение международного права и, в частности, статьи 1 Третьей Гаагской конвенции, относящейся к началу военных действий, участницами которой являются как Япония, так и Соединенное Королевство, послу Его Величества в Токио поручено информировать японское императорское правительство от имени правительства Его Величества в Соединенном Королевстве, что между двумя нашими странами существует состояние войны.

С глубоким уважением, сэр,

имею честь быть Вашим покорным слугой

Уинстон С. Черчилль».

Коллеги покритиковали своего премьера за слишком церемонный стиль письма, на что он ответил:

«В конце концов, когда вам предстоит убить человека, быть вежливым ничего не стоит».

11 декабря Гитлер, выступая в Рейхстаге, объявил войну Соединенным Штатам. Ему очень советовали этого не делать, но он не согласился со своими советниками. США уже вполне открыто снабжали всем, чем только можно, и Англию, и Россию, фюрер ожидал формального вступления Америки в войну со дня на день и решил нанести удар первым.

Англо-германская война, шедшая с 1939 года и слившaяся с русско-германской войной в июне 1941 года, в декабре стала поистине мировой.

И, надо сказать, что идея, высказанная Черчиллем после 7 декабря 1941 года: «война выиграна, осталось только правильное применение подавляющей силы», – оказалась не вполне верной.

На Англию обрушились новые удары, и многие из них случились как раз там, где поддержание равновесия было для нее жизненно важным – в войне на море. О чем есть прямой смысл поговорить подробнее.

Начинать при этом нам придется издалека.

Война на море

(1930–1941)

I

Появившаяся 5 сентября 1930 года во французской газете «Le Tempe» статья била тревогу и клеймила правительство Франции за бездействие – новый германский военный корабль класса «Deutschland» «выходил за рамки Вашингтонского соглашения, свидетельствовал об агрессивных замыслах Германии и должен был получить адекватный французский ответ, с которым правительство непростительно медлило».

Английская реакция была много более сдержанной. Как писала авторитетнейшая «The Times» 19 февраля 1930 года, «даже если Германия построит 5 кораблей этого класса, она все равно будет слабее каждой из морских держав, заключивших соглашение о военно-морских силах».

Германская же пресса утверждала, что «новый тип корабля строится в полном и точном соответствии с Вашингтонским соглашением, полностью удовлетворяет всем ограничениям, наложенным Версaльским договором», и вообще, корабль этот «следует рассматривать как шаг к соглашению о разоружении, а не препятствие к нему».

Наиболее объективно на затронутую тему высказались в майском выпуске «U.S. Naval And Military Record» – во-первых, издание это предназначалось для прoфессионалов, а во-вторых, американцам в 1930 году было совершенно наплевать на европейские политические дрязги.