Читаем Великие пророки современности полностью

В свое время печать сообщала о проявлениях полиперсонализма у болгарской продавщицы арахиса из города Варны — 52-летней Марины Даскаловой. Однажды, когда ее муж и племянник играли в нарды, Марина впала в транс и… заговорила приятным мужским баритоном… по-английски. Муж подумал, что «жена рехнулась», а удивленный племянник, знавший английский язык, в безупречных высказываниях тетушки… услышал предупреждение о том, чтобы дочь не вылетала бы самолетом к ним, в Варну! О поразительных речах тетушки по телефону поставили в известность ее дочь. Та задержала вылет. Оказалось, что именно в этот день правительственным рейсом из Софии вылетал Тодор Живков, в связи с чем рейсовый самолет был срочно отправлен диспетчером в воздух, и, не набрав высоты, машина рухнула на землю.

Даскалова, никогда не изучавшая иностранных языков, в состоянии перевоплощения свободно говорит на древнееврейском, французском, английском, итальянском и… арабском языках то мужским, то женским голосом.

Обратимся к истории. Жанна д'Арк. Девочка из крестьянской семьи, в 17 лет ставшая во главе войск и освободившая осажденный англичанами Орлеан!

Напомним об убеждении Жанны в том, что она управляется некими опекающими ее святыми, слышит их указующие голоса и т. п. Весьма интересно, кстати, что так называемое автоматическое письмо и речь (ксеноглоссия), характерные для состояний перевоплощения, нередко имеют прогностико-информационный характер (сообщают о ситуациях будущего), что было свойственно и Жанне.

Семнадцать из девятнадцати лет своей жизни она была безвестной, «такой же как все, но только более благочестивой», дочерью крестьянина Жака д'Арка и его жены Изабеллы Роме.

Один только год она была Жанной-Девой, спасительницей Франции. Соратники говорили, что она вела себя так, «как если бы она была капитаном, проведшим на войне двадцать или тридцать лет»!

И последний год своей короткой жизни она была военнопленной и подсудимой. Один из судей скажет потом: «Великий ученый — и тот с трудом ответил бы на вопросы, которые ей задавали СТО ТРИДЦАТЬ ДВА ЧЛЕНА ТРИБУНАЛА!» Святые и здесь не оставили Жанну!

Обобщая результаты обследования полиперсон, американский психиатр Дж. Бирс в 1982 г. пишет: «По моему опыту и опыту большинства моих коллег, люди с множественной личностью очень интеллектуальны, творчески одарены и обладают хорошей мотивацией…

И далее: «Я полагаю, что диссоциация существенна для здорового функционирования, кроме того, я считаю, что это творческий акт…»

И затем:…как правило, множественные личности — это блестящие люди, с ненасытным любопытством относящиеся к себе и жизни…

Что же нам известно о Леве? Его ненасытная любознательность, жадность к жизни во всех ее проявлениях, своеобразие единодушно отмечены всеми его друзьями.

«Безудержный аналитик, безудержно любопытный к разносторонним наукам и разного рода искусствам, с поразительно твердым мировоззрением в окружавшей нас тогда действительности — таким был „обыкновенный мальчишка, мальчишка необыкновенный" Лева Федотов»! (М. Коршунов. Предисловие к книге «Дневник Левы Федотова и рассказы о нем самом»).

«Лева покорил воображение навеки. Он был так непохож на всех. С мальчишеских лет он бурно и страстно развивал свою личность во все стороны, он поспешно поглощал все науки, все искусства, все книги, всю музыку, весь мир, точно боялся опоздать куда-то. В двенадцатилетнем возрасте он жил с ощущением, будто времени у него очень мало, а успеть надо невероятно много!» (Ответ Ю. Трифонова «Литературной газете» на вопрос: «Что такое всесторонне развитая личность?»).

Итак, Лева представлял собой необычайно яркую, одаренную, целеустремленную натуру. Все его действия были прекрасно мотивированы.

Являющиеся, по сути дела, единственным исходным документом известные четыре тетради дневника Левы Федотова, несомненно, уникальны как по значимости содержания, невероятной, поистине непостижимой прозорливости своих строк, так и по некоторым другим соображениям.

Анализируя дневник, прежде всего следует отметить, что он велся не ежедневно. В ряде случаев перерывы были существенны. И нередко, после более или менее длительного перерыва Лева без помарок и черновика, сразу набело заполнял помногу страниц за один день! Попробуйте-ка «между делом» исписать в один присест такое количество страниц тетради в клеточку мелким почерком на каждой строке! Не думаю, что у вас хватит сил, возможностей, свежих мыслей и времени для этого. На такое способны, пожалуй, только графоманы. Однако их писания довольно своеобразно выглядят. Так, графоманы для придания весомости своим творениям выделяют подчеркиванием, нередко цветным, витиеватыми заголовками и прочими графическими выкрутасами, словно бы выпячивая, отдельные мысли своих писаний, поднимая их.

Но в дневнике ничего подобного нет. Против этого предположения и само содержание дневника, его исключительная информативность, логичность, связность, несомненная глубина рассмотрения излагаемого вопроса, поразительно высокая степень соответствия его содержания последующей реальности.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
Лев Толстой
Лев Толстой

Биография Льва Николаевича Толстого была задумана известным специалистом по зарубежной литературе, профессором А. М. Зверевым (1939–2003) много лет назад. Он воспринимал произведения Толстого и его философские воззрения во многом не так, как это было принято в советском литературоведении, — в каком-то смысле по-писательски более широко и полемически в сравнении с предшественниками-исследователя-ми творчества русского гения. А. М. Зверев не успел завершить свой труд. Биография Толстого дописана известным литературоведом В. А. Тунимановым (1937–2006), с которым А. М. Зверева связывала многолетняя творческая и личная дружба. Но и В. А. Туниманову, к сожалению, не суждено было дожить до ее выхода в свет. В этой книге читатель встретится с непривычным, нешаблонным представлением о феноменальной личности Толстого, оставленным нам в наследство двумя замечательными исследователями литературы.

Алексей Матвеевич Зверев , Владимир Артемович Туниманов

Биографии и Мемуары / Документальное