Родители ничего не знали о сыне, о его долгих скитаниях, о годах, проведённых в тюрьме. Но он, лёжа по ночам в своей камере, много думал о них. Порой он ворочался на постели всю ночь, не смыкая глаз, и пятно лунного света ползло по стене, и тоска подступала к сердцу... Как ему хотелось бы, выйдя на свободу, вновь встретиться с отцом и матерью, если они ещё живы и если захотят его увидеть!

Отбыв срок заключения, он вышел на волю и устроился на работу. Но душу его снедало беспокойство: казалось, какая-то сила властно звала, тянула его домой - всякий раз, когда он выходил прогуляться и видел по дороге клумбу анютиных глазок, качели или мальчишку на велосипеде, домик из красного кирпича.

Он не хотел вернуться домой без гроша в кармане и потому большую часть пути прошёл пешком. Может быть, он добрался бы и раньше, но на расстоянии двадцати миль от родного городка его внезапно охватили сомнения. Какое право он имеет вот так, вдруг, явиться к родителям? Да и смогут ли они признать в этом оборванце того мальчика, которого когда-то любили и который так жестоко обманул их надежды?

Он купил себе немного еды и просидел почти весь день под деревом. Вечером он отправил родителям письмо -совсем коротенькое, хотя оно и стоило ему немалых мучений. Письмо заканчивалось такими словами:

"Я знаю, у меня почти нет надежды на то, что вы захотите меня увидеть... Что ж, вам решать. Я буду ждать в конце улицы в четверг рано утром. Если вы хотите, чтобы я пришёл домой, повесьте белый носовой платок на окошко моей спальни. Если я увижу его там, то приду; если нет - скажу "прощай" старому дому и пойду своей дорогой".

И вот наступил четверг. Блудный сын отправился в назначенное место. Вот она, его старая улица! Внезапно лихорадочное нетерпение покинуло его. И тогда он сел у дороги и уставился взглядом на камни мостовой.

Надо было решаться. Нельзя же откладывать это до бесконечности. В конце концов, они могли переехать... Если он не увидит на окне платка, то наведёт справки, прежде чем покинуть город... Так он уговаривал сам себя, не осмеливаясь подумать о том, что с ним будет, если родители по-прежнему здесь и просто не захотят его увидеть.

Он с трудом поднялся на ноги: после ночи, проведённой под мостом, всё тело ныло. Улицу ещё окутывал рассветный сумрак. Вздрагивая от холода, бродяга медленно направился к старому платану, откуда дом был виден как на ладони. Он решил, что не взглянет на него прежде, чем подойдёт к дереву.

С минуту он стоял под ветвями платана, крепко зажмурившись. Наконец сделал глубокий вдох и открыл глаза. Взгляд его жадно устремился вперёд.

Солнце уже вставало над маленьким домиком из красного кирпича. Но что это? Казалось, стены его расшиты белыми фестонами. Каждое окно было увешено простынями, наволочками, полотенцами, скатертями, носовыми платочками и столовыми салфетками. Белые муслиновые занавески тянулись из слухового окна через всю крышу, словно снег, сверкающий в утренних лучах солнца.

Родители сделали всё, чтобы избежать случайной ошибки!

И сын, увидев свой сияющий белизной дом, закинул голову, и радостный крик облегчения вырвался из его груди. Сорвавшись с места, он помчался по улице - туда, к дому, к его настежь распахнутой парадной двери...

КЛЮЧ. "Как отец милует сынов, так милует Господь боящихся Его" (Пс. 102:13).

"Да оставит нечестивый путь свой и беззаконник -помыслы свои, и да обратится к Господу, и Он помилует его, и к Богу нашему, ибо Он многомилостив" (Ис. 55:7).

МОЛИТВА. Благодарю Тебя, Отче, за то, что Ты любишь меня более земного отца, ибо в Тебе источник всякой любви.

Благодарю Тебя за то, что Твоя любовь никогда не оставляет меня, даже когда я оставляю Тебя; что Ты всегда радостно принимаешь меня, даже когда я согрешу; что Ты, любя, прощаешь меня кающегося, даже когда я того не заслуживаю. Благодарю Тебя за Твою неиссякаемую любовь!

ПОДУМАЙ: чувствуешь ли ты, что Бог любит тебя? В чём ты видишь проявление этой любви?

...Который создал меня и выкупил меня (См. Быт. 1:26-31; 3)

2. Потерянная лодка

Джон потратил немало выходных дней на то, чтобы смастерить эту лодку. Он вырезал корпус из куска прочного дерева, тщательно выстругал его и зачистил наждачной бумагой. Мама помогла мальчику изготовить паруса, но только Джон знал, как нужно оснастить модель, потому что сам придумал её. Это была изящная парусная лодка, и прекраснее всего в ней было то, что Джон создал её своими руками.

По окончании работы лодка была выставлена для обозрения в гостиной и вызвала всеобщее восхищение. Особенное впечатление она произвела на отца Джона.

- Я горжусь тобой, сынок, - у тебя золотые руки, - сказал он. - Что ты собираешься делать дальше?

Но Джон ещё не думал об этом; достаточно пока и парусника.