Читаем Веер леди Уиндермир полностью

Лорд Дарлингтон. Я не мог. Мужчина не должен говорить такие вещи про другого мужчину! Но знай я, что он заставит вас пригласить ее, я бы, пожалуй, сказал. По крайней мере, от этого оскорбления вы были бы избавлены.

Леди Уиндермир. Я не приглашала ее. Это он настоял на ее приходе — вопреки моей воле… несмотря на мои мольбы. Она опозорила меня в моем же доме! Я чувствую, как женщины смеются надо мной, видя, что она танцует с моим мужем. Ну чем я это заслужила? Я посвятила ему всю свою жизнь. А он испортил ее… сломал! Я унижена в своих собственных глазах. Мне недостает мужества. Я трусиха. (Садится на диван.)

Лорд Дарлингтон. Насколько я вас знаю, вы не станете жить с человеком, который с вами так обращается. Ну что это за жизнь? День и ночь, каждую минуту вы будете чувствовать, что он вас обманывает. Вы будете чувствовать, что и глаза его лгут, и голос лжет, и лживо его прикосновение, и лжива страсть. Он будет приходить к вам, когда ему наскучат другие, и вам же придется утешать его. Он будет приходить к вам, всеми помыслами оставаясь с другими, и вам придется его пленять. Вы станете ширмой для его тайной жизни, маской, скрывающей его секрет.

Леди Уиндермир. Вы правы — до чего же вы правы! Но как мне теперь быть? Вы обещали быть мне другом, лорд Дарлингтон. Так будьте же моим другом, скажите, что мне делать.

Лорд Дарлингтон. Дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Между ними может быть страсть, вражда, обожание, любовь — но только не дружба. Я вас люблю…

Леди Уиндермир. Нет, нет! (Встает.)

Лорд Дарлингтон. Да, люблю! Вы мне дороже всего на свете. Что может вам дать ваш муж? Ничего. Все, что в нем есть, он отдает этой ужасной женщине. Мало того, он вам навязывает ее общество, вводит ее в ваш дом, чтобы вас при всех опозорить. Я же предлагаю вам свою жизнь…

Леди Уиндермир. Лорд Дарлингтон!

Лорд Дарлингтон. Да, всю свою жизнь без остатка. Возьмите ее, делайте с ней что хотите… Я вас люблю… люблю, как не любил никогда и никого. С той самой минуты как я вас встретил, я полюбил вас безумно, слепо, без памяти! Тогда вы этого не знали — теперь знаете. Сегодня же покиньте этот дом. Я не стану вас уверять, что мнение света, мнение общества ничего не значат, что это пустяки. Нет, это не пустяки, эти вещи значат много, слишком много. Но бывают минуты, когда нужно выбирать: либо жить своей жизнью — наполненно, смело, свободно — либо влачить унизительное, фальшивое, жалкое существование, какое нам предписывает в своем ханжестве свет. Сейчас для вас настала такая минута. Так выбирайте же! О любовь моя, выбирайте!

Леди Уиндермир(медленно отступает от него, не сводя с его лица испуганных глаз). У меня недостанет мужества…

Лорд Дарлингтон(следует за ней). Достанет! Пусть впереди трудное время, пусть даже унижения, но через шесть месяцев, когда вы перестанете носить его имя, когда примете мое, — все забудется. Маргарет, любовь моя, моя будущая супруга — да, супруга, и вы знаете, что так будет, — скажите, кто вы сейчас? Ведь эта женщина заняла место, которое принадлежит вам по праву. Ах, уходите из этого дома, уходите с гордо поднятой головой, с улыбкой на губах, с решимостью во взоре. Весь Лондон будет знать, почему вы так поступили. И кто вас осудит? Никто. А если кто и осудит, так ли уж это важно? Да и за какие грехи? И вообще, что такое грех? Грешно мужчине бросать свою жену ради бесстыдной женщины. Грешно жене оставаться с человеком, который ее бесчестит. Вы сказали, что не признаете компромиссов. Так докажите это. Будьте отважной! Будьте сами собой!

Леди Уиндермир. Я боюсь быть самой собой. Дайте мне подумать. Не торопите меня. Муж еще может вернуться ко мне. (Садится на диван.)

Лорд Дарлингтон. И вы его не прогоните?.. Значит, я в вас ошибся. Вы такая же, как все другие женщины. Вы готовы вытерпеть все, лишь бы не заслужить хулу света, чье мнение вы в душе презираете. Через неделю вы с этой женщиной будете кататься верхом в Гайд-парке. Она станет у вас частой гостьей, вашей закадычной подругой. Вы готовы вынести все, лишь бы не разрубить этот ужасный узел одним ударом. Вы правы. У вас нет мужества. Ни капли.

Леди Уиндермир. Ах, дайте мне подумать. Сейчас я не могу вам ничего ответить. (Нервно проводит рукой по лбу.)

Лорд Дарлингтон. Ответ мне нужен сейчас или никогда.

Леди Уиндермир(вставая). Значит, никогда.


Пауза.


Лорд Дарлингтон. Вы разбиваете мне сердце!

Леди Уиндермир. Мое уже разбито…


Снова пауза.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Кража
Кража

«Не знаю, потянет ли моя повесть на трагедию, хотя всякого дерьма приключилось немало. В любом случае, это история любви, хотя любовь началась посреди этого дерьма, когда я уже лишился и восьмилетнего сына, и дома, и мастерской в Сиднее, где когда-то был довольно известен — насколько может быть известен художник в своем отечестве. В тот год я мог бы получить Орден Австралии — почему бы и нет, вы только посмотрите, кого им награждают. А вместо этого у меня отняли ребенка, меня выпотрошили адвокаты в бракоразводном процессе, а в заключение посадили в тюрьму за попытку выцарапать мой шедевр, причисленный к "совместному имуществу супругов"»…Так начинается одна из самых неожиданных историй о любви в мировой литературе. О любви женщины к мужчине, брата к брату, людей к искусству. В своем последнем романе дважды лауреат Букеровской премии австралийский писатель Питер Кэри вновь удивляет мир. Впервые на русском языке.

Виктор Петрович Астафьев , Джек Лондон , Зефирка Шоколадная , Святослав Логинов , Анна Алексеевна Касаткина

Драматургия / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза
Испанский театр. Пьесы
Испанский театр. Пьесы

Поэтическая испанская драматургия «Золотого века», наряду с прозой Сервантеса и живописью Веласкеса, ознаменовала собой одну из вершин испанской национальной культуры позднего Возрождения, ценнейший вклад испанского народа в общую сокровищницу мировой культуры. Включенные в этот сборник четыре классические пьесы испанских драматургов XVII века: Лопе де Вега, Аларкона, Кальдерона и Морето – лишь незначительная часть великолепного наследства, оставленного человечеству испанским гением. История не знает другой эпохи и другого народа с таким бурным цветением драматического искусства. Необычайное богатство сюжетов, широчайшие перспективы, которые открывает испанский театр перед зрителем и читателем, мастерство интриги, бурное кипение переливающейся через край жизни – все это возбуждало восторженное удивление современников и вызывает неизменный интерес сегодня.

Хуан Руис де Аларкон , Агустин Морето , Педро Кальдерон де ла Барка , Лопе де Вега , Лопе Феликс Карпио де Вега , Педро Кальдерон , Хуан Руис де Аларкон-и-Мендоса

Драматургия / Поэзия / Зарубежная классическая проза / Стихи и поэзия