Читаем Ведомая огнем полностью

Быстро сполоснувшись, вытерлась полотенцем и открыла дверцу шкафа. Здесь я еще не рылась. И в следующий миг замерла, потрясенно разглядывая статуэтку странного существа, которую зачем-то поставили сюда. Высотой мне по колено. Страшненькая и чешуйчатая серого цвета… м-м-м… ящерица, наверное. Стоит на двух более мощных задних лапках, а короткие передние поджаты перед грудью на довольно объемном, по сравнению с худеньким тельцем, животике. Длинный тонкий хвост обернут вокруг ног этой уменьшенной копии динозаврика; морда – широкая и плоская; глаза странно блестят, как пуговицы у чучел.

Может, это старая игрушка Дэна? С которой он не в силах расстаться, а показывать друзьям стесняется или просто спрятал, чтобы не мешала? Хмыкнула над собственными предположениями и протянула руку, чтобы потрогать. Не вышло! Статуя-чучело вдруг ожила и яростно зашипела, оскалив пасть с мелкими, но острыми зубками. Потом, не дав мне опомниться, выпрыгнула из шкафа прямо на меня.

Я в ужасе заорала. К моему полному удивлению, тварь завизжала, как поросенок, которого хотят пустить на холодец, и, оттолкнувшись от меня холодными когтистыми передними лапками, рванула к выходу из ванной, семеня на двух задних. И, словно метелкой, загребая хвостом по полу.

Через мгновение в дверях возник Дэнарт, стремительно осматривая помещение, меня и бегущего к нему со всех лап ожившего зверя.

– Ичиок! – мягко прошелестел Дэнарт, тут же расслабившись, когда выяснил причину моего вопля.

Он подхватил на руки зубастую визгливую тварь, которая еще и сменила цвет чешуи с серого на ярко-зеленый, окончательно меня доконав. Как ни в чем не бывало погладил по шкурке жалобно захрюкавшего динозаврика и сделал шаг ко мне. Я, испуганно шарахнувшись назад, прижалась спиной к каменной стене.

– Не бойся, милая. Это мой домашний ичи. Он безобидный и скорее даже трусливый, но вообще они очень полезны в доме. Их многие на Эшарте держат. Своего я назвал Ичиок – обжора! И он – самец!

Ичи настороженно, опасливо смотрел на меня, а я – на него. Большого желания посюсюкать, как с нашими кошками, у меня не возникло. Чешуя очень полезного, но трусливого местного хамелеона начала темнеть и стала темно-зеленой.

– Цвет чешуи зависит от настроения, испытываемых чувств, эмоций, – начал объяснять Дэн, – зеленый… как мне говорили – от легкого страха до паники. Судя по интенсивности, он сейчас тебя боится!

Дэнарт с большим интересом разглядывал своего питомца, видимо, наслаждаясь ярким цветом, который теперь был ему доступен.

– Не укусит? – засомневалась я, продолжая подпирать стену.

– Нет! Они не плотоядны! Ичи питаются насекомыми, которых много в поймах, мхом и овощами.

Несколько раз глубоко вдохнув-выдохнув, восстанавливая дыхание, я все же решилась и, протянув руку, осторожно погладила ичи. Тот замер, немного подумал, а потом расслабился в руках у Дэна и сменил цвет на жизнерадостный ярко-желтый.

– Да уж, мне говорили, что желтый – это удовольствие! Ичиок, оказывается, такой… яркий, красивый. Действительно – удовольствие! А раньше я думал, что все ичи серые и не такие… невероятные.

В этот момент Дэнарт перевел взгляд на меня, и его глаза, сильнее загораясь красным пламенем, пропутешествовали по моему телу, напомнив, что я до сих пор обнаженная.

– Твои соски такого красивого цвета… бледные, а сейчас покраснели… так заманчиво, – хрипло произнес он, опустив на пол довольного зверька и подталкивая его к выходу из ванной.

Невольно опустив взгляд на свою грудь, отметила, что вершинки действительно сморщились и потемнели. Отреагировали на голодный взгляд Дэнарта, который заинтересованно осматривал меня.

Словно танцуя, муж двинулся ко мне, не отрывая страстного взгляда от моей груди.

– Как называется цвет твоих сосков? – приглушенно, предвкушающе спросил он.

– Они розовые… когда не реагируют на тебя, – провоцируя на активные действия и сама себя не узнавая, ответила я.

– Хм-м-м, замечательно, добавь еще один цвет в мою копилку. Потому что твои соски розовые. И я это вижу!

Наконец он приблизился ко мне вплотную, подхватил за талию и усадил на мраморную столешницу тумбочки рядом со шкафом. Мы встретились взглядами и одновременно потянулись друг к другу за поцелуем. А потом целовались как бешеные. Я рывками стаскивала с него одежду, а его руки, казалось, жили своей жизнью, пытаясь коснуться меня везде одновременно.

Он сжал ладонями мою грудь, а потом втянул в рот чувствительную вершинку, покатал ее языком и втянул еще сильнее, заставив содрогнуться от удовольствия. Наигравшись с грудью, накрыл ладонью мое лоно, проникая в него пальцами и лаская, сводя с ума.