Читаем Ведьмино счастье-2 полностью

Вот уже три дня, как я молюсь великим богам за свою госпожу. Дикость. Я раб, и я молюсь о благе своей госпожи во искупление своих же недавних молитв о её смерти.

Первые дни под сенью этого дома я даже не помню. Лишь только некие смутные отголоски понимания, что я очутился во власти чёрной ведьмы. Ужас, противный и липкий, тогда полностью пропитал всю мою рабскую суть. Короткие мгновения счастья от еды, тепла, чистоты. Затем воспоминания будто выстраиваются в ряд коротких эпизодов, почти картинок.

Кошмар первой минуты, после того, как Эрлик был уведён в пыточную на наказание, заслуженное по моей вине. Полное неверие словам Марцеллы, вошедшей в покои почти следом, пообещавшей сохранить строптивому варвару и жизнь, и здоровье. Молоко в двух бокалах, оставленное госпожой на кухне как знак того, что Эрлика я скоро увижу снова. Не верил тогда я ей. Ох, не верил. Молил богов о жуткой смерти для своей госпожи ведьмы.

А потом я увидел Айну. Нежную, прекрасную кошку. Такое же дитя леса, как и я сам.

И пропал. Мечтал лишь о случайной встрече, робком взгляде, что бросал на неё незаметно из-под ресниц, боясь быть обнаруженным. Мечтал хотя бы помогать ей в мелочах.

Первая наша прогулка в столицу так и осталась бы самым счастливым моим воспоминанием за последние девять человеческих лет. Так бы я и наслаждался возможностью только видеть любимую. Но всё изменило её робкое прикосновение там, в лесу. Внезапный поцелуй, исполненный подлинного наслаждения, восхищения ею, этим взаимным чувством. И ужасная вспышка! Что ушат ледяной воды, которым окатывал меня Орфеус в пыточной, надеясь привести в сознание.

Будто бы лопнула невидимая глазу тяжёлая нерушимая рабская цепь. Я очнулся. Я снова кем-то желанен, я снова могу желать сам. Осознавать себя личностью, совсем как в далёком детстве, совсем как в первые месяцы рабской своей жизни.

Я снова способен испытывать стыд. А ведь в жизни раба места стыду нет. Это чувство положено только свободным. А я стыжусь. Ведь теперь я не только раб, но ещё и вор. Трижды вор. Вор, предавший тех, кто возвернул его к жизни.

Я предал свою чёрную госпожу. Украл у неё возможность сорвать с моих губ первый поцелуй. Её законное право.

Я предал милую сердцу Айну, дав ей надежду прикосновениями к её губам и руке, на наше совместное счастье. Украл поцелуй её восхитительных губ. Вероятно, самый первый её поцелуй, самый чистый, сокровенный... Предназначенный самой судьбой для другого, свободного и достойного счастья быть с нею.