Читаем Ведьмина вода полностью

Фэншоу не последовал за её мыслью.

— Для этого вам понадобится машина времени, миссис Анструтер или экстрасенс.

Господи, она такая настойчивая!

— Всё ещё пытаетесь отправить меня к хироманту, да?

Она симулировала невинность.

— О, нет, сэр. Я просто… как это слово? Предположила! Вот верное слово, сэр. Я предположила, да, сэр.

— Да, я так и подумал, мэм.

Женщина закатилась от смеха.

— О, сэр, вы довольно сообразительны, да, да!

— Вы должны получать процент за каждого человека, которого вы туда отправляете.

— О, сэр, мне не нужны никакие награды. Ничто не может быть более интересным, чем сама жизнь. Кстати, сэр, раз уж вы побывали в музее восковых фигур, почему бы вам не посетить и хироманта?

Фэншоу посмотрел на женщину.

Она ещё более ненормальная, чем я думал, но…

Он встал.

— Вы знаете, что, миссис Анструтер? Я думаю, что собираюсь взять на себя такую смелость.

— Великолепно, сэр! Человек, которым больше всего восхищается Бог, тот, который не боится узнать о своей судьбе!

Я сомневаюсь, что Бог восхищается мной сейчас, — подумал Фэншоу, почти смеясь.

— Ибо Бог возвышенно смотрит на человека с храбрым сердцем.

Фэншоу в последнее время не нравились все упоминания о «сердцах».

Если у вас есть сердце, — сказала Эванора, подчёркивая последнее слово.

Казалось, что её образ прошлой ночью пытался подвести Фэншоу к чему-то, так же, как и эта старушка сейчас.

Но… подвести к ЧЕМУ? — задался он вопросом.

Эта идея поразила его, но она могла означать что угодно.

Или, может быть, это ничего не значит. Может быть, это просто чушь собачья, о которой она говорит, потому что может получить комиссию от хироманта.

— Ну, я уже в пути, мэм, — сказал он. — Я дам вам знать, как всё пройдёт.

— Да, — сказала она со странным акцентом.

Фэншоу пересёк булыжную мостовую к дому из красного кирпича, чья неоновая надпись «ОТКРЫТО» мигала в окне. Кирпичи были ветхими, а отделка выглядела так, будто к ней не прикасались десятилетиями. Засохшие цветы стояли в горшках прямо за окнами первого этажа.

Вид свалки…

Но он сделал паузу, прежде чем постучал в потёртые двери дома Федерального периода архитектуры. Во-первых, номер дома — тринадцать — насторожил его. Фэншоу редко верил в приметы, хорошие или плохие, но после прошлой ночи…

Раз уж я пришёл…

Следующий плохой знак был связан с дверным молотком. По центру двери висел овал из потускневшей бронзы с изображением полусформированного лица. Просто два глаза, нет рта, нет других черт лица. Это казалось угрюмым, даже неприятным.

Фэншоу обернулся через плечо и посмотрел назад.

Ты, должно быть, наблюдаешь за мной! — он увидел, как миссис Анструтер смотрит за ним и машет рукой.

Но чего он боялся?

Ничего, — подумал он и постучал по жуткому молотку.

Он ожидал, что хиромантом будет старушка — как миссис Анструтер — или иностранка, но вместо этого дверь открыла высокая, измождённая женщина — возможно, лет тридцати — с чёрными волосами, так сильно подстриженными по бокам и на шее, что её причёска выглядела как шлем. Она казалась унылой и бледной. Мешковатая радужная футболка с надписью CHISWICK RECORDS вяло повисла на её плечах, прикрывая маленькие груди. Она также была одета в чёрную джинсовую юбку, подколотую булавками, и неуклюжие чёрные ботинки. Фэншоу нашёл женщину нескладной, неловкой и занудной, но в некотором роде интересной. Широкие чёрные очки сделали её гибридом библиотекаря и панк-рокера.

— Вы здесь для гадания? — спросила она пронзительным голосом.

— Да, — у него появилась мысль, что она не была рада его присутствию сейчас. — Но если это неудобно, я могу записаться на приём и вернуться позже.

Она вскрикнула.

— Неудобно? Вы смеётесь? Я просто шокирована, что у меня так рано появился клиент. Заходите.

Фэншоу вошёл в гостиную в старинном стиле, набитую древними портретами, старой мебелью и выцветшими обоями. Ему понравилась обстановка. Надпись над дверью гласила: «ХИРОМАНСТВО СЕКСУАЛЬНО». Фэншоу догадался, что это ещё одна реклама гадания.

— Значит, вы Летисия Родс?

— Да, и… — она быстро повернулась, чтобы взглянуть на него. Её глаза выглядели нелепо большими за толстыми очками, — и вы… ну, ваше имя начинается с буквы С или Ф, но я склоняюсь к букве Ф.

Он вспомнил слово «ТЕЛЕПАТ» на рекламной вывеске на окне.

Ну, если это так, — подозревал он, — то она могла бы легко узнать моё имя.

Её плечи поникли.

— О, хорошо. Не всегда получается сразу узнать имя, — её длинная белая рука показала на диван из тёмно-красной бархатистой ткани. — Присаживайтесь…

— Я Стю, мисс Родс.

— Просто зовите меня Летт.

Летт…

Он сел, ожидая, когда она закроет глаза, коснётся лба и вдруг угадает его фамилию, но она этого не сделала.