Читаем Ведьмина вода полностью

Фэншоу был обеспокоен ужасной достоверностью фигур, но то, что на самом деле остановило его на пути дальше, было белокурой женщиной, свисающей вниз головой, её лицо было в полном смятении. Верх её платья был разорван и открывал её обнажённую спину, в то время как порванный материал стратегически висел, чтобы заблокировать вид её груди. Рядом стоял человек с кнутом в руках. Вуайерист в Фэншоу соблазнял его протянуть руку над бархатными верёвками, которые граничили с экспозицией, чтобы увидеть, насколько детально прорисована её грудь, но, конечно, он этого не сделал. Даже если он был бы и один в этой части, тут могла бы быть камера безопасности. Он мысленно уже представил себя на каком-нибудь шоу «Самых глупых преступников мира».

Извращенец! — прошипела мысль. — Когда я не слежу за женщинами в окнах, я слежу за восковыми манекенами. Вот моя жизнь!

Угнетатель светловолосой жертвы — стойкий мужчина с жилетом на пуговицах и крестом на шее — стоял в равновесии, когда забросил на её спину плеть с девятью хвостами, длина плети фактически застыла в воздухе. Фэншоу побледнел от полос кровавых шрамов, оставшихся на её плоти.

Господи, некоторые вещи здесь настолько реалистичные!

Внезапно ему захотелось пойти дальше, хотя экскурсия по камере пыток казалась завершённой. Несколько туристов, которые толпились с ним, казались явно потрясёнными экспонатами. И как будто они увидели ещё недостаточно, они прошли в следующий коридор с поддельными кирпичными стенами. Все они остановились на финальной выставке.

Вот они, как и обещала миссис Анструтер.

Две фигуры, которые выглядели как живые, высокомерно стояли в проходе, сделанном в виде каморки оккультиста. Древние книги занимали несколько старых полок; ряд черепов украшал верхнюю полку. На одной стене висела астрологическая карта, а другая была заполнена кружками и символами на иврите и других языках, одним из которых была латынь. Эти символы сразу же заставили его подумать о странном металлическом шаре на холме.

Затем его взгляд остановился.

Удивительно реалистичное сходство фигуры Джейкоба Рексалла и другой фигуры с зелёными глазами, полными злобной насмешки, казалось, заворожило Фэншоу. На Рексалле были чёрные чулки до колена, ботинки с пряжками и потрёпанный фрак: аристократ конца 1600-х годов. Работник по воску даже повесил подобную подвеску с серповидной луной на шею колдуна, а в руке он держал древнюю книгу.

Фэншоу задумался. Колдун казался достаточно живым, чтобы откинуться назад и рассмеяться.

— О, это тот парень, который построил дом, в котором сейчас «Историческая гостиница», — заметил мужчина своей жене. — Ты бы хотела откинуть занавеску в ванной сегодня вечером и найти его там?

— О, прекрати, Чарли! — ответила супруга, хватая его за руку. — Давай выбираться отсюда. Женщина ещё страшнее!

Женщина — да.

Эванора.

Восковая фигура дочери Рексалла носила — вместо дневных нарядов — чёрный плащ с капюшоном, что было бы банально, если бы не выражение лица фигуры. Это был вид колдовской ненависти и отвратительных познаний. Чем больше Фэншоу смотрел на фигуру, тем значительнее гул наполнял его голову, как слабый неодушевлённый стон. У него даже отвисла челюсть от такого изображения. Восковая фигура выглядела настолько реальной, что он подумал, что плоть окажется тёплой, если он дотронется до неё.

Ещё одна пара подошла; они казались заинтригованными.

— Они выглядят так реально! — воскликнула жена, удивляясь напыщенному виду Рексалла, в то время как восковая фигура Эваноры захватила внимание её мужа.

— Да, слишком реально, — заметил он. — Это же просто люди в костюмах, — и он без предупреждения затронул руку Эваноры, чтобы испугать человека, который, как он предполагал, маскировался под ней, но фигура не двинулась и даже не моргнула.

В стороне его жена нахмурилась; она могла видеть, как он смотрел более чем случайно на выпирающую грудь фигуры. Его брови поднялись, затем он улыбнулся и толкнул локтем жену, понизив голос.

— Эй, как думаешь, соски кто-нибудь трогал?

— Пошли уже! — жена заорала и потащила его к выходу.

Их уход оставил Фэншоу одного.

Он мог бы стоять очень долго, оценивая фигуры. Под каждой были установлены информационные таблички со ссылкой на данные, аналогичные тем, что он читал на Ведьмином холме. Он почувствовал себя глупо, когда сосредоточил свой взгляд на груди Эваноры, но комментарий этого человека задел его.

Я думаю, он извращенец, как и я.

Казалось, что соски у фигуры действительно торчат под сырой тканью плаща.

Внезапно рука Фэншоу зачесалась. Он хотел протянуть её, отодвинуть край плаща и заглянуть внутрь.

Ради Бога, я же не собираюсь…

ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ПРИКАСАЙТЕСЬ К ЭКСПОНАТАМ, — сообщила ему табличка.

Но никого не было в комнате с ним, и он не слышал никого позади себя.