Читаем Ведьмина вода полностью

— Дело в странных картах, с которыми Летисия Родс работает, сэр. Да, сэр, я в своём уме и ни слова не придумала об этом. Однажды я просто отправилась на прогулку к чайной и проходила мимо неё. Она посмотрела мне прямо в глаза и сказала, что сочувствует моей потери. Кстати, моё имя Долорес Анструтер, сэр. А я ей ответила, что не понимаю, какую потерю она имеет в виду. А затем она побледнела, а её большие глаза стали круглыми, как блюдца, и она пробубнила себе под нос, что извиняется. Я просто приняла это за глупость, но потом, когда пришла почта, я получила письмо из Мерсисайда, в котором говорилось, что мой брат умер неделю назад. У него случился обширный инсульт, когда он шёл к поезду на станции.

— Мне жаль это слышать, — сказал Фэншоу из-за отсутствия каких-либо ещё слов, но теперь он увидел, что она просто использовала свой предыдущий трюк, решаясь проверить его на смелость. — Но я не думаю, что моя будущая судьба сегодня включена в мой список дел, миссис Анструтер, — тем не менее, он наслаждался живой откровенностью старухи. — Что вы порекомендуете, мэм?

— Ну, сэр, если вам нужны какие-либо упражнения, вы всегда можете взять напрокат велосипед в магазине мистера Ворби, но если вам это не по вкусу, сэр, вам может быть приятно пройтись по нашим «Живописным природным местам».

Идея сразу же ему понравилась.

Хорошая длинная прогулка может избавить меня от этого паршивого настроения.

— Это звучит прекрасно, миссис Анструтер! — он повернул карту под углом, пытаясь найти ориентир. — Но куда именно идти?

— Просто пересеките мостовую за «Travelodge», сэр, и вы увидите знак. Пропустить его возможно, — она улыбнулась. — Tолько если вы пьяны.

— Большое спасибо.

На полке её стенда стояла баночка с несколькими долларовыми банкнотами. Фэншоу положил десятку.

— Не знаю, как вас и благословлять, сэр, и спасибо от всего сердца! Приятно, что мы встретились с вами. Пусть это будет прекрасный день, и Господь будет вашим путём.

— Мне тоже было это в удовольствие, — и Фэншоу направился прочь.

Эта женщина — экскурсовод, — подумал он. — Могу поспорить, что акцент фальшивый, она, вероятно, из Джерси.

Он засмеялся, когда ему показалось, что один из солдат Войны за независимость вздрогнул, а потом он снова посмотрел на салон для гаданий. Это был просто узкий дом из старого, выцветшего кирпича, с интересными фронтонами и каменными подоконниками.

Интересно, как выглядит ясновидящая? Вероятно, старше миссис Анструтер, — а потом стиснул зубы, когда посмотрел вверх по магазину на второй этаж. — Окна, опять окна…

Он ещё раз посмотрел карту, затем прошёл «Travelodge». Всплеск воды привлёк его взгляд. Под ярким летним солнцем простирался открытый бассейн. В основном там были дети старшего возраста, которые гуляли с родителями, опрокидывали надувные матрасы или бросали мячи. Загорелый мускулистый спасатель сидел скучно в кресле: «Мыслитель» в плавках и со свистком на шее. Фэншоу заметил немало привлекательных женщин в шляпах и солнцезащитных очках, раскинувшихся на шезлонгах, блестящих от масла для загара. Он бросил на них мягкий взгляд, но затем поймал себя на том, что пристально смотрит на ряды раздвижных стеклянных дверей, обращённых к бассейну. Теперь он едва слышал звуки из воды.

Проклятие! Снова я за старое.

Он не мог удержаться от того, чтобы перевести взгляд на все эти окна. Затем его глаза встретились… со взглядом женщины, которая стояла за стеклом в оранжевом бикини.

Он вздрогнул и отвёл взгляд.

Он быстро ушёл, пересёк мостовую, как указала британская женщина, а затем выдохнул от облегчения.

ЖИВОПИСНЫЕ ПРИРОДНЫЕ МЕСТА — читалось на знаке.

Он последовал за указателем.

Он пытался игнорировать чувство вины, которое сопровождало его, как одна детская коляска в нескольких шагах позади. «Тravelodge» беспокоил его, и то с каким вожделением он сканировал все встречающиеся окна. В Нью-Йорке после года терапии он ни разу не поддался тому же искушению.

Почему здесь? Почему сейчас?

Он шёл быстрее, удлиняя свои шаги, как будто пытаясь преодолеть беспорядок. Вскоре его гнев на себя перешёл в отчаяние, и он почувствовал себя потерянным.

Я не собираюсь браться за старое…

Но он чувствовал себя всё лучше, чем больше шёл по извилистым тропинкам в невысокие холмы. Насколько он мог видеть, это был шведский стол природной красоты. Бабочки порхали над высокой душистой травой. Дикие цветы каждого цвета, казалось, тянулись с каким-то чувством, умоляя его глаза оценить их. Фэншоу шёл какое-то время, и каждый шаг ослаблял ещё одну тесную петлю в его уродливом настроении…