Читаем Ведьмина Сила полностью

— Похоже на то, — Влад передернул плечами. — Мать устроила Озерову разнос. Так что он и сам пожалел о том, что наябедничал.

— И отцу твоему наверняка сообщили, — предположил Артур.

— Да. Но отец проще смотрит на подобное. Да и от магии он далек. Не совсем понимает опасности использования подобных заклинаний.

— А Гектор-то сортиры драит, — пошутил Леша. — В наказание от Соловья.

— Парень сам не понял, что натворил, — как-то сник Артур.

— Незнание не освобождает от ответственности, — произнес Влад. — Я тогда думал, что защита не выдержит. Он шарахнул со всей дури. Видимо, хотел размазать меня по стене.

— И ведь размазал бы, будь ты немного слабее.

Гроза сдвинул брови и ускорил шаг. Отчего-то вспомнил, как оправдывался Гектор, как пытался сказать, что не хотел ничего такого. Что заклинание вырвалось случайно.

Конечно же, ему не поверили. И Гроза не верил. Они давно терпеть друг друга не могли. И тут такой шанс, да и отделался парень в итоге обычным наказанием. Ничего особенного. Ну подумаешь, моет туалеты и раздевалку. За подобное колдуна, получившего диплом, могли бы лишить лицензии на год или даже на три. А этому все с рук сошло. А еще и мать со своими претензиями. Как говорится, все и сразу.

Влад оглянулся на друзей и только теперь понял, что, задумавшись вырвался вперед. Но мгновение спустя вспомнил свой утренний разговор с куратором города.

Северский вызвал его к себе. В кабинете он оказался не один. Вместе с ним Грозу встречала Ядвига. То, что он попросили у него, удивило дампира, но он согласился. Сразу и безоговорочно, потому что его друзья, Алексей и Артур, все же, правы.

Его попросили приглядеть за новенькой темной ведьмой. Дерзкой девчонкой по имени Лада. И он дал согласие, но не потому, что его убедили слова Ядвиги и пристальный взгляд блондинистого куратора. Нет. Он вполне мог отказать им и был бы в своем праве.

Просто он, действительно, заинтересовался девчонкой.

Зацепила она его, сама того не ведая. И Влад понадеялся, что если будет находиться ближе к ней, то разглядит ее недостатки, а затем и думать забудет о маленькой ведьме.

Ведь, право слово, он не может влюбиться.

Или нет?

После пар я занималась в комнате. Обложившись учебниками, пыталась законспектировать целый раздел по начальной магии, выбирая самое важное из глав учебника и отделяя ненужную «воду».

Федя ушел к маме и мы с соседкой, которая сегодня также решила грызть гранит науки, остались вдвоем. Только обе делали вид, будто находимся сами по себе, без всяких там соседок. И лишь шуршание ручки в тетради, да пыхтение Симы, нарушало тишину. Да еще дождь. Он пошел вечером, когда уже стемнело и последние отблески заката канули во тьму. Мелкие капли застучали по стеклу, словно просились внутрь, и я, решив дать глазам отдых, отложила ручку и встала, потянувшись, чтобы размять суставы.

К моему удивлению, Сима тоже отложила книги и, развернувшись, уставилась на меня.

По ее взгляду было понятно, что рыжая сейчас скажет что-то этакое, четко в ее духе, но когда девушка заговорила, я была удивлена.

— Слушай, Кузьмина, — она смерила меня взглядом. — Я вижу, ты девчонка неплохая.

У меня даже брови на лоб полезли. Впервые я услышала от Серафимы столь долгий монолог. Перебивать его совсем не хотелось. Вдруг что-то скажу, и она снова отрешится, станет прежней?

Дождь за окном пошел быстрее. Застучал с удвоенной силой, а где-то вдалеке прилично так громыхнуло и я вздрогнула, а рыжая продолжила:

— Так вот, ты меня, конечно, можешь не послушать, но я хочу дать тебе совет, как человек, который находится в академии чуть больше, чем ты.

— Совет? — ну удивила рыжая, так удивила.

— Да.

— Излагай, — я села на стул, положив ногу на ногу, и уставилась на девушку. Стало даже любопытно, что это с ней и что она собирается мне рассказать, или, если быть более точной, насоветовать. Сима выглядела как-то иначе, более серьезная, что ли. Хотя, о чем это я? Куда уж серьезнее? У нее образ такой.

Девушка села прямо. На миг даже показалось, что ей сложно говорить. Может, у нее вообще проблемы с общением? Ну кто знает?

— Я хотела тебя предупредить, по-дружески, — сказала рыжая.

Я даже брови подняла. Предупредить? Это угроза, или…

— Твоя подруга, Дана, — продолжила Серафима, — ты с ней поосторожнее. Она не такая, как кажется.

— Обоснуй? — предложила я. Внутри что-то неприятно царапнуло. Данка была первой, с кем я здесь подружилась и я считала ее, возможно, не близкой, но своей подругой. И она никогда не давала повода усомниться в ней. Вдруг рыжая просто завидует нашей дружбе? Но так или иначе, выслушать ее стоит.