Читаем Вечный союз полностью

— Дай сюда, слепая курица, — прошипел О'Дональд, выхватывая подзорную трубу из рук Ганса. — Ты же забыл нацепить свои очки!

В течение минуты, показавшейся вечностью, артиллерист разглядывал город, едва различимый с верхушки дымовой трубы. Затем он навел трубу на карфагенские окопы к югу и северу от фабрик.

— У них там мертвая тишина, — наконец вымолвил он. — Костры горят, палатки на месте, но там нет никакого движения

— Мортира! — навострил уши Ганс.

— Выстрел из мортиры! — закричал дозорный с вышки. Крик подхватили внизу, и все встревожено посмотрели на запад.

О'Дональд отошел к краю платформы и начал пристально следить за тем, как в небе вырастает огненная дуга. Через некоторое время до них донесся звук выстрела.

— Близко упадет, — испуганно прошептал дозорный. Они услышали свист, нарастающий с каждой секундой. О'Дональд был не в силах сдвинуться с места и молча смотрел на то, как бомба становится все ближе и ближе, искрой прорывая темно-синее небо.

— Да, упадет совсем рядом, — спокойно подтвердил Ганс.

Он подошел к краю платформы и нагнулся:

— Эй, Калин и все остальные, убирайтесь оттуда! Бомба с визгом пронеслась мимо них и обрушилась на крышу литейного цеха в нескольких футах от трубы. Ганс и О'Дональд не отрывали глаз друг от друга, считая секунды.

— Не разорвалась, — наконец выдохнул ирландец Переглянувшись, они расхохотались. — Если бы я сейчас жевал табак, то мог бы и подавиться, — признался старый сержант, вновь наблюдая за неприятельскими окопами.

— Они уводят войска, — уверенно заявил О'Дональд. Ганс согласно кивнул и опустил взгляд на двор фабрики:

— Отец Касмар!

Из бомбоубежища, оборудованного рядом с литейным цехом, появился одетый в черную рясу священник.

— Отец, похоже у вас есть хорошие связи наверху.

— Что ты имеешь в виду, сын мой?

— Они отводят флот и часть своей армии. Эндрю уже рядом!

Кучка людей внизу взорвалась радостными криками.

— Спускаемся, — сказал Ганс. — Надо составить новый план действий.

О'Дональд довольно осклабился, проскользнул в отверстие люка, ведущего на лестницу, и поднял глаза на дозорного.

— Хреновая у тебя работа, сынок, — вздохнул он.

Вокруг царила благословенная тишина. Из дымовых труб в вечернее небо поднимались невесомые белые клубы.

Небольшая бухта была заполнена кораблями, сто галер покачивались на волнах рядом с берегом вплотную одна к другой. Тысячи людей загорали на пляже или купались в теплом море, их веселые голоса, разносившиеся над водой, напоминали крики перелетных птиц. Впервые с тех пор, как три с половиной дня назад они покинули Рим, Эндрю позволил своему флоту небольшую передышку. Все это время гребцы, сменяя друг друга, гребли без остановки, но теперь даже Марк, сгорающий от нетерпения вступить в бой, нехотя согласился, что перед последним броском необходимо, чтобы войско провело ночь на берегу. Пока что им не встретилось никаких следов Тобиаса, но в устье реки Кеннебек разведчики обнаружили остатки брошенного лагеря. Это, несомненно, означало то, что враг знал о их планах. Может быть, уже завтра им предстоит бой.

Бросив еще раз взгляд на юг, Эндрю увидел показавшийся из-за мыса «Антиетам», который медленно заходил в бухту. За его кормой на буксире тащилась «Республика Русь».

— Седьмой броненосец, с тех пор как мы отчалили, — с горечью сказал Эндрю Буллфинчу.

— Мы ведь предвидели такую возможность, сэр, — отозвался юный моряк, тщетно стараясь, чтобы его голос звучал бодро.

— Да, предвидели, — медленно произнес Эндрю. — Но все же я хотел, чтобы у меня под рукой было все, что у нас есть, когда начнется бой.

— Когда имеешь дело с военными кораблями, — тоном старого морского волка заметил Буллфинч, — то из-за непогоды, поломок и прочей ерунды теряешь больше судов, чем во время боя.

— Все равно трудно смириться с такими потерями, — тихо ответил Эндрю.

Полковник замолчал и прислонился спиной к стене рулевой рубки, радуясь наступившей тишине и тому, что палуба перестала дрожать у него под ногами. Южный ветер стих, и поверхность моря стала ровной, как стекло. Впервые после отплытия из Рима его желудок перестал бунтовать. Около полудня Эмилу даже удалось накормить его мясным бульоном, и не случилось никаких неприятностей.

— Вы предлагаете как-то изменить планы? — спросил Эндрю у Буллфинча, с удивлением замечая, что нуждается в руководстве со стороны двадцатидвухлетнего юнца.