Читаем Вечный союз полностью

— Да, но это действует. Люди глядят на меня с таким сочувствием, будто мой муж действительно умер.

Калин пожалел, что их конституция запрещает арестовывать сенаторов. Михаил был очень осторожен и никогда не переступал опасной черты, за которой мог быть обвинен в измене, а лишь твердил, что армии больше не существует, что они беззащитны и обречены и что виноват во всем этом их президент.

— Надо еще усерднее молиться об их спасении, — ответил он, целуя дочь в лоб.

— Что толку молиться? Это не разрешит наших проблем.

— Дочка, иногда молитва — единственное, что нам остается. Я, конечно, не знаю, что именно делает сейчас Эндрю, но уверен, что он не сидит сложа руки.«Если только он действительно еще жив», — подумал он.

— Господин президент?

— Я здесь, — откликнулся он устало.

Какая-то неясная фигура приблизилась к нему, миновав охранников, неотступно следовавших за Калином повсюду.

Это был Ганс. Сердце его сжалось, ибо тот факт, что их командующий разыскал его в три часа ночи, мог означать только одно.

— Они уже здесь, — прошептал Калин.

Ганс кивнул и, перегнувшись через парапет, пустил струю жевательного табака в темные воды реки.

— Только что поступило сообщение из Форт-Линкольна. В устье Нейпера замечены корабли противника.

— Итак, это началось, — сказал Калин, стараясь, чтобы его голос звучал со спокойной уверенностью.

— Они двинутся вверх по течению с рассветом и будут здесь поздним утром.

Прислонившись спиной к стене, Калин взглянул на небо. Затем он решительно надел цилиндр и повернулся к сержанту.

— Ганс, нас ждет очень интересный день, — сказал он и, обняв Таню, медленно пошел вместе с ней домой.

Кар-карт Джубади опустил полог шатра и взглянул на щитоносца его старшего сына.

— Почему тебя послали сюда? Почему ты не рядом с моим сыном? — спросил он обеспокоено. — Что случилось?

— С твоим старшим сыном никакой беды не случилось, мой карт, — ответил Тамука с низким поклоном. — Но я больше не служу ему. Он отказался от меня. Поэтому Хулагар решил, что будет лучше всего, если я вернусь сюда и принесу тебе вести.

— Твоя краткость говорит о многом, щитоносец. Раз Хулагар послал тебя сюда в качестве гонца, значит, он тебя ценит. И тогда непонятно, почему мой сын прогнал тебя.

— Это неважно, — ответил Тамука. — Важно то, что делается в Риме.

— Ты дипломат, — сказал Джубади, поняв, что Тамука не хочет жаловаться на зан-карта его отцу. — Расскажи мне, что произошло.

Тамука вкратце изложил ему ход военной кампании, по возможности избегая описания катастрофы, вызванной сыном кар-карта в самом конце.

— Я потерял двух сыновей, — прошептал Джубади. Тамука кивнул.

— Как они умерли?

— Как подобает воинам, разя полчища врагов, — солгал Тамука. Он просто не мог сказать кар-карту правду. Кан, от которого все ожидали многого, был растерзан толпой. Юного Ахарна уволокли живым. Мерк, попавший в плен к скоту, был обречен на вечное бесчестье. На небесах будут насмехаться над ним. — Они летят с ночными ветрами, высоко подняв голову и гордясь своей славой, — решительно произнес Тамука. — Я был бы счастлив оказаться рядом с ними, когда Буглаа спуститься за моей душой.

Джубади пристально посмотрел в глаза щитоносца, чувствуя, что ему не говорят всей правды, но не желая допытываться.

— Ну что ж, ладно. — Кар-карт отвернулся на минуту. — Ты вернешься туда, — сказал он.

— Но, мой карт…

— Тебе надо вернуться туда. Я не хочу, чтобы кого-либо из оставшихся у меня сыновей убил скот. Ты щитоносец, и твой отец был моим щитоносцем.

— Но Вука… — произнес Тамука ровным тоном.

— Мало ли что взбредет в голову Вуке? — бросил Джубади. — Есть еще и Манту.

— Но Вука зан-карт, твой наследник.

— «Зан-карт»!… «Наследник»!… — заорал во весь голос Джубади. — Ты думаешь, я не знаю, как все было на самом деле? Ты думаешь, я не прочел доклад Хулагара прежде, чем говорить с тобой? Ты верный слуга зан-карта, Тамука, но сейчас от тебя требуется верность мне и тем самым всей нашей орде. И я спрашиваю тебя, Тамука: если я вдруг умру сегодня, если следующим сердцем, которого коснется Буглаа, будет мое, станет ли Вука достойным кар-картом? Тамука молчал.

— Отвечай!

— Нет, мой карт, — прошептал он еле слышно.