Читаем Вечный полностью

Это же безумие! Я же неуклюжая, и дать оружие мне в руки равносильно приглашению к нанесению себе увечий. Я еще не забыла, что произошло, когда я пыталась защитить себя с помощью кинжала. Стоило только закрыть глаза, как я снова почувствовала кровь Росса Гэлбрейта на своих пальцах. Его взгляд будет преследовать меня до конца жизни. Однако я больше никогда не хотела чувствовать себя такой беззащитной, как тогда, в прошлом, когда я оказалась без оружия. Особенно если я продолжу тот путь, который выбрала.

Я ощущала прохладу кинжала в своей руке, и Ангус показал мне, как правильно его держать. Через несколько минут я привыкла к нему, и, по мере того как металл согревался в моей руке, мои чувства к оружию тоже теплели.

– Спасибо, Ангус. Он идеален, – одобрила я кинжал, запыхавшись от упражнений в нанесении ударов. – Еще гравировку, и я буду довольна.

– Сначала я хотел убедиться, что тебе подходит этот клинок, а затем приступать к гравировке. Но это быстро, ты сможешь забрать его завтра. Что ты хочешь выгравировать, мисс Америка?

Он взялся за рукоять клинка, ожидая моего ответа, но у меня во рту настолько пересохло, что мне понадобились все мои силы, чтобы заговорить. Я положила кинжал обратно в коробку и закрыла крышку.

Это не решение всей моей жизни, успокаивала я себя. Я сама управляю своей судьбой!

– Мне бы хотелось такую надпись: «Cuimhnich air na daoine o'n d' thanig thu». Это возможно?

Ангус записал фразу и кивнул:

– Конечно! Очень красивая фраза. «Помни тех, от кого ведет начало твой род»?

– Верно. Это девиз клана. Девиз клана Кэмеронов, – пояснила я.

* * *

Мысли Пейтона были такими же мрачными, как безлунная ночь, когда он стоял у подножия памятника Стюарту на Калтон-Хилл. Он снова повел себя как идиот, но в присутствии Сэм ему казалось, что это просто повторяется снова и снова. При этом последнее, чего он хотел, – это причинить ей боль.

Юноша сидел на траве, крутил травинку между пальцами и смотрел на Эдинбург сверху. Северный мегаполис сиял на солнце, золотившем крыши домов. Замок на горизонте выглядел как нарисованный на фоне сияющего неба, а на часовой башне отеля Балморал перед ним был уже почти полдень.

Неужели он ошибся, предположив, что Сэм придет сюда, хотя они даже не договорились о точном времени?

Ему казалось, что он может слышать отголоски ударов ее сердца, настолько юноша чувствовал себя близким с ней. Но в последние недели у него сложилось впечатление, что этого недостаточно.

– Привет!

С облегчением он обернулся. Пейтон не слышал, как она подошла. Ее щеки покраснели от ходьбы в гору, и ветер играл с волосами. Сэм выглядела взволнованной, когда села рядом с Пейтоном и поцеловала его в щеку.

– Давно ждешь? – спросила она, глядя на примятую траву.

Пейтон пожал плечами:

– С утра. Мне нужно было время, чтобы подумать. – Он снова посмотрел на часовую башню. Стрелки неумолимо бежали дальше.

– Мы же ни о чем не договаривались, – тихо оправдывалась она.

Пейтон взял ее руки в свои и поцеловал тыльную сторону ладони, прежде чем посмотреть в глаза.

– Теперь все в порядке… На этот раз ты не заставила ждать тебя двести семьдесят лет.

Он хотел пошутить, но даже сам отчетливо услышал в своих словах упрек. Что с ним? Почему с каждым днем растет злость за бесконечно долгое время проклятия? Наконец-то он его пережил! Все должно быть так замечательно. Видимо, это связано с его новыми воспоминаниями.

– Прости, mo luaidh. Я совсем не это имел в виду, – попытался Пейтон смягчить свои слова, но по плотно сжатым губам Сэм было видно, что он опять причинил ее боль.

– Хорошо, Пейтон! Я все поняла! – Она отпрянула назад и вырвала у него свои руки. – Я подвела тебя, да, я совершила ошибку, но скажу тебе вот что – я должна была принять решение! Чертовски тяжелое решение, Пейтон! Ты выставляешь себя жертвой, но это твое собственное решение – участвовать в этой резне! Ты сам виноват в своем проклятии!

В ярости Сэм вытерла слезы с лица и уставилась куда-то мимо него. Пейтону хотелось, чтобы все было проще, но страх перед будущим – будущим, находящимся в опасности, – нависал над ними, как меч, и Сэм даже не подозревала об этом.

Молча они сидели рядом, надеясь на хороший конец, который был таким же неопределенным, как ненастный день в Шотландии. Наконец Пейтон не выдержал и придвинулся ближе. Он обхватил девушку руками за плечи и гладил ее, пока не почувствовал, как она расслабилась.

Когда девушка положила голову ему на грудь, он прошептал:

– Сэм, если бы я рассказал тебе что-то действительно невероятное, ты бы мне поверила?

* * *

Я застыла в его объятиях, но не отводила взгляда от городских крыш, стараясь держать пульс ровным. Пейтон должен был знать, какие воспоминания пробудили во мне его слова. Воспоминания о другом дне, другой горе и другом разговоре, который мы вели, – и это изменило все. Хотя я не была уверена, что действительно хочу услышать то, что он хотел сказать, я кивнула:

– Зависит от того, что это. Просто скажи мне, а я отвечу, верю я тебе или нет.