Слэйд
не живет как они за перегородкой в передней части магазина. Он пользуется бывшим складом, находящимся в подвале одноэтажной постройки. Линн останавливается наверху лестницы, раздумывая, не повернуть ли ей обратно. Она вспоминает брата Дженнингса, осмелившегося перечить Слэйду, о том, как он угрожал ему зажигалкой и даже нанес серьезное ранение. Это был не первый раз, когда
Слэйд поступил так. Иногда он просто непредсказуем. Он может сначала улыбаться тебе в лицо, а в следующую минуту ударить. Добрые слова могу смениться угрозами. С другой стороны, он никогда, за все эти годы, ничего ей не сделал. Набираясь смелости, Линн ступает по лестнице, бесшумно, как и подобает Купидам. В конце лестницы коридор, в конце которого расположена серая металлическая дверь в лагерь. Здесь внизу прохладно, воздух тяжелый, пахнет известью и плесенью. Линн делает несколько осторожных шагов.
Не доходя до двери, она чует присутствие
Слэйда. Опасность, сопряженная с яростью и... У нее не получается охарактеризовать, что же за чувства смешаны в нем. Горечь, ненависть, но все-таки огромное удовольствие, от того, что он делает. Охотиться, убивает. Что-то похожее на совесть она в нем не находит, но это и не удивительно. У нее самой ее нет. Она останавливается перед входом и поднимает руку, чтобы постучать. В это же мгновение внутри раздаются шаги и дверь открывается. Против нее стоит
Слэйд. Даже в темноте его лицо выглядит абсолютно белым, остро очерченные скулы придают его лицу жесткость. Только его тонкие губы не вписываются в общую картину, потому что он улыбается. Хоть это и коварная улыбка. - Шпионишь за мной?
- спрашивает он. - Нет, я... - Она указывает на дверь. - Я как раз хотела постучать.
- И почему?
Во рту пересохло, язык прилип к нёбу. Ей снова вспомнилась зажигалка. Была ли она сейчас у него под рукой? Наверняка, он бы и ее ослепил без всяких угрызений совести. С другой стороны, ему так важно было ее вылечить, он не станет так необдуманно вредить ей. - Могу я войти? - все -таки спрашивает она.
Слэйд
долго смотрит на нее, поглаживая холодную металлическую поверхность двери. - Речь идет о Москве. - Она откашливается. - Точнее говоря, о том месте, куда ты меня затем привез.
Его лицо мрачнеет. - Ты помнишь об этом?
- Да, конечно.
- Я дал тебе эфир.