Читаем Вечная молодость (ЛП) полностью

Купиды отклоняются назад, руками закрывают глаза и всё равно остаются беззащитны во власти ослепительного света. Огонь, жар, без труда проникает через их одежду, тёмные стёкла солнцезащитных очков, через кожу. Это продолжается, так, по крайней мере, кажется Линн, несколько часов, прежде чем жара и яркий свет отступают, и они могут рискнуть открыть глаза. Но облегчение длится всего несколько секунд, их заметили из центра города. Поисковый прожектор проносится над минным полем, выхватывает всю группу и обволакивает её ослепительной белизной. 

«По-русски это называется «безопасность»«, - думает Линн. - «Безопасность...». - Потом она теряет сознание. 

Глава 22

Небо над поляной окрашивается в розовый, а чёрные прожилки сучков и веток медленно становятся коричневыми и зелёными, как мох. Я едва могу дождаться восхода солнца, потому что с самого момента моего спасения из трясины мне холодно. К счастью, Мали подоспела вовремя. Я так ей благодарна, что всё это время выбрасываю из головы другой факт: касательно похитителя детей она совершенно не справилась прошлой ночью. Она должна была бы почуять его и предупредить нас, но не предупредила. Либо это отклонение произошло по какой-то причине, либо - и я не хотела в это верить - Купиды нашли возможность скрываться от наших собак. Это будет трагедией, потому что отличный нюх зверей является причиной, по которой они у нас вообще есть. Купиды могут учуять особенных детей, а собаки - Купидов. Утрата этого защитного фактора может привести к тяжёлым последствиям.

ай стоит над своим рюкзаком и пропитывает водой из бутылки какую-то одёжку, которую мы прихватили с собой из Вудпери.

- Не надо, - говорю я, когда до меня доходит смысл того, что он сейчас делает. - Это для Пейшенс и Мали.

- Не волнуйся, нам хватит.

Он окидывает меня мрачным взглядом.

- Но в таком виде тебя никогда даже близко к городу не подпустят. Или вообще к чему-нибудь.

Я оглядываю себя и вижу, что подсохшая тина, словно чешуя, покрывает всё моё тело, а корсет и узкие брюки одеревенели. Даже волосы отяжелели от ила.

- Хорошо, тогда давай сюда. - Я протягиваю руку, поднимаясь с места, где был костёр. Даже сейчас, спустя часы с того момента, как он потух, отсюда исходит слабое тепло. По меньшей мере, мне так кажется. Сай бросает мне эту тряпку, с которой капает, а я поворачиваюсь к нему спиной, спрашивая:

- Не мог бы ты помочь мне со шнуровкой?

- Конечно, - говорит он, немного поколебавшись, и подходит ближе. Я слышу, как он останавливается позади меня, затем его пальцы развязывают ленту, которой зашнурован корсет.

- Я не понимаю, как ты могла быть такой легкомысленной! - внезапно взрывается он.

- Тш, Пейшенс ещё спит.

- Ты могла бы умереть! - продолжает он тише над самым моим ухом.

Я ощущаю его дыхание на своей шее, мурашки бегут по всему телу. Я закрываю глаза.

- Но я не могла позволить ему просто так улизнуть.

- Так или иначе, ты сделала это.

Сай прав. Я была легкомысленна, и к тому же, это не принесло мне ни малейшей пользы. Но проклятье, кто бы мог подумать, что в центре этой жаркой страны находится болото?

- В следующий раз он не уйдёт, - бормочу я, обращаясь, скорее, к самой себе, чем к Саю.

Он хватает меня за плечи и резко разворачивает к себе. Теперь мне нужно держать обеими руками свой корсет, уже раскрытый на спине, чтобы не потерять его.

- Прошу тебя, будь в следующий раз осторожней!

У него крепкая хватка. Мне удаётся лишь порывисто кивнуть.

- Если ты пропадёшь из-за одного-единственного Купида, который всё равно даст тягу, это не принесёт Пейшенс никакой пользы, - продолжает он. - Это не принесёт пользы никому.

- Я знаю.

Мой голос звучит приглушённо. Я мёрзну сейчас, как никогда ещё не мёрзла, и мне не терпится надеть на себя чистые, сухие вещи. Но что-то мешает мне выскользнуть из рук Сая. Какая-то часть меня, которая, определённо, не является моим разумом, наслаждается тем, что мы стоим здесь, вплотную друг к другу: его руки - на моей коже, наши лица - очень близко. Я гляжу вниз на наши ботинки, стараясь собраться с мыслями.