Читаем Вечер вне дома полностью

— Я не тронул бы и волоска на ее голове, если бы не был уверен в вашей помощи, — продолжал Джонни, садясь на койку. — Мне осточертела эта каюта. Давайте отправимся в банк за двумя тысячами долларов, а потом я уеду в Нью-Йорк.

— Вы верите в Санта-Клауса, Джонни, — с яростью проговорил О’Бриен.

Он встал, подошел к двери и, открыв ее, подал знак Таксу, ожидавшему в коридоре.

— Входи!

Такс молча вошел в каюту, закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Джонни бросил на него испуганный взгляд и отшатнулся.

— Послушайте меня хорошенько, Сеан, — сказал он. — Вы достаточно поиздевались надо мной. Если вы опять начнете то, клянусь вам, вы пожалеете об этом.

О’Бриен не обратил внимания на это заявление.

— Джонни останется здесь, — сказал он Таксу, — до тех пор, пока я не прикажу тебе освободить его. Ты за него отвечаешь. Если он попробует протестовать, ты дашь ему понять, что ему лучше слушаться. Я поручаю его тебе, Такс. Если он будет плохо себя вести, дашь ему по морде.

— Понятно, патрон! — ответил Такс, и его грубое лицо оживилось.

— Вы не имеете права держать меня здесь! — возмутился Джонни. — Если вы сейчас же не отпустите меня, я испорчу вашу карьеру!

— Бедный кретин! — усмехнулся О’Бриен. — Вы пробудете здесь столько времени, сколько я найду нужным. И советую вам помолчать, если не хотите, чтобы вас успокоили.

Джонни бросился на О’Бриена со сжатыми кулаками, но Такс быстро вмешался, остановив его и оттолкнув назад.

— Вы мне за это заплатите! — крикнул Джонни, глядя с мерзкой усмешкой на О’Бриена. — Гилда не выйдет за вас замуж, гнусное отродье!

О’Бриен посмотрел на Такса, сделал ему знак головой и открыл дверь каюты.

Такс бросился на Джонни и ударил его кулаком по лицу. Тот стукнулся головой о стенку и упал на четвереньки.

О’Бриен с порога наблюдал за этой сценой.

— Дай ему немного, только не слишком, — сказал он.

Ударом ноги в бок Такс заставил Джонни повернуться на спину, потом схватил его за шиворот, поднял и прислонил к стене. Из носа Джонни текла кровь, глаза были вытаращены. Держа его одной рукой, Такс стал ладонью бить его по лицу.

О’Бриен закрыл дверь, поднялся наверх и сел в лодку с жесткой улыбкой на губах.

Рафаэл Свитинг стоял у светофора, ожидая возможности перейти улицу. Он держал под мышкой свою болонку, и пес смотрел на проходящие машины с таким же нетерпением, как и его хозяин.

Дождь кончился, и от влажной жары Свитинг весь покрылся липким потом. Наблюдая за потоком проходящих машин, он мечтал о том дне, когда сможет купить себе машину. В настоящий момент он имел всего-навсего два доллара шестьдесят центов и, несмотря на свой совершенно необъяснимый оптимизм, не видел никакой возможности увеличить эту сумму в ближайшее время.

Утром, с небольшими перерывами из-за проводимого полицией следствия, он написал и отправил пятьдесят писем с просьбами о помощи. Он по опыту знал, что ответов можно ждать не ранее чем дней через десять.

В течение многих лет Свитинг жил за счет благотворительности и легковерности людей. Он посылал свои хорошо написанные письма наследникам состояний или видным людям, имена которых он прочитал в газетах или журналах. Эти письма, в которых он обрисовывал свое бедственное положение и просил совсем немного, позволяли ему жить с достаточным комфортом. Когда ответы приходили неудовлетворительные, он перекидывался на шантаж или воровство, но имел несчастье попасть на глаза полиции и угодил на восемь лет в тюрьму. Возвращаться туда у него не было никакого желания.

Ожидая на краю тротуара, он думал о том, к кому ему обратиться, чтобы внести квартирную плату в конце недели. Утреннее происшествие и визит сержанта Донована здорово нарушили его спокойствие, и теперь он искал возможности получить деньги с меньшим риском.

Выйдя на проезжую часть, Свитинг заметил высокого мужчину, вышедшего из служебного входа Национального банка. Свитинг сразу узнал его. Это был клиент, который приходил к Фей прошлой ночью.

Очень возбужденный, Свитинг поспешно перешел улицу и последовал за ним.

Свитинг давно понял, что ему неинтересно давать сведения полиции. Совсем наоборот. Так что, когда Донован спросил его, не видел ли он кого-нибудь, выходящего от Фей, он ответил отрицательно.

При желании он мог бы дать Доновану очень интересные сведения. Он отлично видел, как Кен ушел от Фей. А за двадцать минут до этого он слышал, как от нее кто-то вышел и стремительно сбежал по лестнице. Он поспешил к своей полуоткрытой двери, но опоздал и не мог увидеть, кто это был. Сперва Рафаэл подумал, что пропустил Кена, но, когда тот стал спускаться, прижимаясь к стене, Свитинг понял, что кто-то до него побывал в квартире у Фей.

Узнав от сержанта об убийстве Фей, он догадался, что неизвестный, бежавший по лестнице, должен быть убийцей, и очень пожалел, что не успел увидеть его.