Читаем Вечер вне дома полностью

— Это твое дело. Я только рад, что не был на твоем месте, когда ты обнаружила, что, устранив одну шантажистку, ты тотчас повесила себе на шею другого вымогателя. Мне не жаль Джека, но одно интересует меня. Целовала ли ты его, прежде чем угостить снотворным?

Дагна тихо рассмеялась.

— Я предпочту умолчать об этом, дорогой. Пусть у тебя будет о чем подумать.

— Этим я заниматься не буду. Как странно получается с нами, дураками. Все наши чувства к женщине моментально умирают, когда она наносит нам удар в спину. В последнее время ты собрала чудесную коллекцию, малышка: Джек и Ларри Белдориан. Наверно, и он в тебя влюблен. Вероятно, он привез тебя с Гавайев, чтобы лизать твои пятки. Ты очень умно делаешь: всегда держишь неподалеку мужчину, который может послужить для тебя козлом отпущения. Ты уже назначила дату своих похорон?

— Ты удивительно глупый парень, — ответила Дагна. — Если ты так хорошо все знаешь, то почему сегодня приехал сюда?

— Да… — пробормотал он и замолчал.

«Почему я сюда приехал? — спросил он себя. Его спина одеревенела и болела, у него кружилась голова от потери крови. Он чувствовал унижение, будучи вынужденным прятаться от женщины. — Почему я сюда приехал? Я боюсь на это отвечать. Приехал, надеясь ее спасти. Приехал в надежде, что она сможет как-то оправдаться в убийствах Хильды, Джека и Брука Шаннера. Приехал убедиться, что она достойна любви, несмотря на свои ужасные преступления. Если бы она как-то постаралась оправдать свои поступки, а не устроила этот дерзкий дешевый спектакль, я бы мог пренебречь законом и продать свою душу дьяволу. Посмотри на свой идеализм, Хаген, и выброси его прочь. Мечты тверже алмазов — тебе их не одолеть, и когда-нибудь они погубят тебя. Ты не мог справиться с Хильдой, а теперь не справился с Дагной».

Он протер глаза, чтобы прогнать туман от лихорадки и лучше видеть. Рука его дрожала так сильно, что зажатая в ней стрела громко ударялась о камень.

— Хаген! — крикнула Дагна. — Ты потерял сознание? Если ты болен, то скажи мне, любимый. Тебе совсем не нужно страдать.

Ее презрительный тон вернул ему силы.

Я не страдаю, — ответил он громко и отчетливо. — Знаешь, почему я сюда приехал? Чтобы извиниться перед тобой за вчерашний вечер. Я не имел права тебя использовать.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я говорю о твоих чувствах и сексе. Было неумно так тебя возбуждать, так как мне хотелось прилечь и заснуть. Я тогда ужасно устал.

— Ты отдаешь себе отчет в том, что говоришь?

— Очень жаль, что ты не выносишь правды, Дагна. Я не сомневаюсь, что при благоприятных обстоятельствах и с сильным мужчиной ты проявишь себя как настоящая женщина.

Ты меня простишь? Я был совершенно измучен, а тебе был нужен полный сил мужчина.

Одно Хаген знал твердо о женщинах. Им все можно сказать, нельзя только говорить, что они не желанны.

— Ты грязный лгун! — закричала Дагна. — Это ты хотел меня!

Она пустила стрелу по направлению его голоса.

— Сейчас я тебе покажу!

Вынимая новую стрелу из колчана, она покинула освещенную дорогу и вошла в кусты. Хаген потерял ее из вида, но слышал ее шаги, когда она ступала на сухие листья или на высохшую траву. Он сидел на корточках в самом темном месте — в тени изуродованного дуба. Спасительное облачко закрыло луну. Прошла минута, другая…

Когда он снова увидел Дагну, она стояла на краю обрыва и вглядывалась вниз в темноту. Лук был натянут, и конец стрелы двигался то туда, то сюда, готовый полететь при малейшем движении.

 — Хаген! — нежно окликнула она его. — Хаген, дорогой, ты солгал мне, правда?

Медленно, очень медленно поднял он левую руку со стрелой и напрягся, вспоминая, как метал стрелы в мишень в саду Висартов. Одна все-таки попала, но тогда он бросал правой рукой.

Дагна стояла метрах в десяти от него. Снова вышла из-за облачка луна. Дагна повернулась и посмотрела на нее.

Хаген изо всех сил метнул стрелу и промахнулся примерно на метр.

У Дагны от ужаса расширились глаза, когда она вдруг увидела свою собственную оперенную стрелу, летящую на нее. Она отпрянула в сторону и оступилась. Шифер скользнул под ее ногой, и она в панике пыталась обрести равновесие. Стрела из лука полетела в воздух, а Дагна с пронзительным криком сорвалась с обрыва. Долю секунды стояла она на краю его, словно собиралась прыгнуть с вышки в воду, затем исчезла в темной бездне.

Хаген остался один, еще согнувшись после броска, с вытянутой левой рукой. Своим броском он хотел помешать Дагне попасть в него, а затем броситься на нее. Но теперь не с кем было бороться. Только эхо прозвучало от ее первого крика, затем послышался глухой стук падения тела и второй, очень слабый крик, который быстро оборвался.

Хаген подождал немного в наступившей тишине, затем нашел в кармане спички и осторожно пополз вниз по откосу.

Дагна валялась внизу. Там лежали остатки разных вывесок Оукмара — железо и дерево. Дагна лежала поверх них. Было бы гораздо поэтичнее, если бы ее сердце пронзила ее собственная стрела, однако ее живот проткнула расщепленная планка.