Читаем Ватерлиния полностью

– Нет слов, – соврал Филипп. Слова-то у него как раз вертелись на языке, за год службы их накопилось в голове достаточно, а вот чего не было, так это уверенности, что госпожа контр-адмирал воспримет их как комплимент. Скорее наоборот. Хотя формально – все при ней, не придерешься, а что опротивело тебе спать с ненасытной властной шлюхой – кого интересует? Изволь соответствовать, если желаешь нормальной службы, а не охоты за полудохлыми торпедами в Гольфстриме или постыдного прозябанья в ремонтных доках. Не зря половина четвертого отряда коротает время между патрульными рейдами на дальних базах и без приказа на Поплавок носа не кажет.

Он зарычал, набрасываясь на женщину и зная, что Джильде это понравится. Получилось почти как надо. Кувыркаясь в объятиях контр-адмирала, он подумал о том, что не сегодня-завтра на Каплю должна прибыть новая партия свежеиспеченных глубинников. Скорее бы уже… Потом он оказался снизу и дышал ртом, чтобы не чувствовать пропитавших кровать запахов, а Джильда, разгоряченная и тоже шумно дышащая, упражнялась в верховой езде, напоминая вертикальную палочку в знаке перпендикуляра. Потом она упала на него, скользя округлым потным животом по его животу, и думать о чем-либо, кроме «когда же, наконец, это кончится?» стало невозможно. К счастью, кончилось достаточно быстро. Джильда отвалилась и, слегка отдышавшись, хрипло приказала:

– Отдыхай…

Одеяло сбилось в ноги и скрутилось в жгут. И то хорошо, что Джильда на этот счет строга – заставляет трахать себя в постели, не где попало. Флаг-офицер Людмила Прокопович, исполняя роль «пробовательницы» новичков, куда как менее разборчива – в походе не брезгует и торпедным аппаратом, коли нет свободной каюты…

Филипп знал, что Джильда не насытилась. Еще никто и никогда не видел ее насытившейся, чего не скажешь о подчиненных ей по службе глубинниках. Однажды Павло Христюк, всем известный умник, страдающий словесным недержанием, под общий гогот офицерского собрания сострил, что Джильда Риенци никогда не получит в командование флот, ибо неминуемо доведет личный состав до полной утраты боеспособности. Спустя месяц – контр-адмирал Риенци не любила спешить – умник загремел в штрафники по самому пустяковому поводу. И не вернулся из Гольфстрима. Не всякая шутка хороша для Джильды.

«Может, прав Петр, что брезгует? – подумал Филипп. – Первый в его жизни поступок, хотя и половинчатый: по трюмным-то девкам он бегает. Но Анну свою не забыл, скучает отчаянно, все еще верит в правило: через год безупречной службы можно ходатайствовать о том, чтобы выписать на Каплю жену, через три года родить детей, через пять лет – завести домашнее животное не крупнее кошки. Осталось ждать совсем немного, а рапорт с ходатайством у него давно готов…»

Наивный, трогательный дурачок… Сам выбрал ремонтные доки – позорище для глубинника… Заодно он мечтает перевестись из погранфлотилии на полярную базу. Кто из глубинников об этом не мечтает после полугода службы? А кто говорит, что не мечтает, тот врет. Зимой полярные льды тают, а вот летом на полюсе праздник: целых полгода – местных полгода, не земных! – можно не плавать, а просто ходить пешком. По тверди, пусть ледяной. Хоть за горизонт. Никто из землян и не поверит, что высшее счастье человека – никогда не видеть этой воды, этой жидкой, как медуза, противоестественно огромной Капли…

Жаль, что граница не проходит по меридиану и пограничникам во льдах делать нечего.

– Отдохнул? – осведомилась Джильда. – Пять минут лежишь.

– Нет еще.

– Ах ты, поросеночек! Устал, бедненький? Неужто твой корешок совсем-совсем выдохся? А если я ему помогу?

– Бесполезно.

– Что так?

– Кажется, иссяк, – вздохнул Филипп, стараясь изобразить сожаление. – А откуда что возьмется? Сперва дрейф на голодном пайке, потом этот арест на «Баклане»… Не способствует. Кстати, интересно знать: почему меня подобрали только на девятый день?

– Дурачок, нашел о чем спрашивать… Ведь вернулся ко мне? Ведь жив?

– Жив-то жив, а только свинство это.

– Свинство не обращать на меня внимания. Ну иди сюда…

Филипп вздохнул.

– Еще пять минут, ладно?

– Лейтенант Альвело, подите вон. – Сладострастная улыбка еще не сошла с лица Джильды, а голос уже стал по-деловому сух. Прикрыть свое роскошное тело она, впрочем, и не подумала, как делала всегда – новички шалели от контраста. – Одевайтесь. Приказываю идти отдыхать. По пути найдите мичмана Харитонова и срочно вызовите сюда. Ясно?

– Так точно, – сказал Филипп, прыгая на одной ноге и яростно пытаясь пропихнуть в брючину вторую. Его словно ветром сдуло с постели, и он не скрывал радости, зная, что Джильде в общем-то наплевать. – Из-под воды достану.