В песне пелось о маге-воине, который получивший травму рук, не найдя помощи у своих, получил её от врагов, и стал он тёмным магом, но встретился ему на пути тот, кто оказался сильнее, мага он убил, а душу его любимой отпустил. Вот так вот, есть что обсудить, каждый сегодня хороший, попав в какую-нибудь жизненную ситуацию, может стать плохим. Пожелав всем спокойной ночи, Лиска ушла в казарму, понюхала свою розовую розу, и завалилась спать. Рис с Дереком, разувшись и сняв верхнюю одежду, улеглись к неё, и моментально засопели. Устали мальчики! Засопели и другие юноши её имения. Ночевавшие у себя наёмники ещё немного поразговаривали, и захрапели. Тишина опустилась на всю территорию гильдии наёмников, всё стихло. Погрузилось в сон!

Где-то посреди ночи колючий холод коснулся девичьего лица, ещё не открывая глаз, Лиска получила мыслеобраз от своего фамильяра. Старший наёмник в зверином обороте, ползком, сбежал в город. Аккуратно выползя из объятий зажавших её мальчишек, белянка, обувшись, обмотав обувь заранее приготовленной тканью, выскользнула в открытую дверь.

<p>Глава 21</p>

Территория гильдии наёмников? Да тут столько «запасных» ходов оказалось. Но Лиска воспользовалась боковой дверцей у ворот. Калиткой! Спокойно отодвинула задвижку, вышла. А с той стороны засов прикрыл её призрачный оборотень — Дан.

Одинокий маленький спутник сразу бы привлёк вынимание, что стражей, что мелких криминальных элементов. Но Лиска хорошо освоила «серую пелену». Дымку такую магическую, как туман. А такая напасть сама по себе расползалась по городу, заполняя все его тёмные углы. Только если в обычном тумане все плохо видят, то использующий «пелену» единственный, кого это не волнует. Ну и ещё несколько магических приёмов: «пелена тени», когда надо притаиться, и непроницаемая магическая тень накрывает человека; «писк» — магический образ возни крыс со звуковым эффектом для отвода глаз или отвлечения. Пробовала она морок на себя накладывать. Но это тоже не так просто. Морок, он как слепок, надо было его сначала с кого-то скопировать, а уж потом она себя примерять. А так, без проблем получалось скрывать лицо под капюшоном, используя безликую маску. Лицо получалось как в магической тени, практически безликое.

Белянка не сдерживала себя. Обострённые чувства, оглушали своей насыщенностью. Шорохи, запахи… У-у-у… Чувство у неё такое возникло, будто она подсоединилась к какой-то сети. Направляла взгляд на дом, прислушалась, ощутила живое присутствие. И использование такой силы теплотой отзывалось в груди. Приятно!

Дан шёл за оборотнем, посылая Лиске картинки, чтобы не сбилась она с пути. И злился, что не может идти с ней рядом, на всякий случай, если, вдруг, понадобится его помощь. Они-то по затхлым подворотням бежали, а она напрямик шагала.

Квартал наслаждений и развлечений прошла без проблем, если не считать то, что пару раз от настырных «бабочек» отбивалась. На одном из поворотов, чуть не столкнулась с прилично одетым человеком, в лицо она не смотрела, торопилась, но заметила, как человек отступил на полшага назад, пропуская её, при этом сняв шляпу и чуть поклонившись. На автомате Лиска произнесла «спасибо» и присела в книксене. И побежала дальше.

Трущобы! Каменный лабиринт, расположенный за основной стеной. Прямо на скошенной каменистой горке, под быстрой рекой. Фамильяр встретил свою хозяйку у границы. Проводил до землянки, скрытой под толщей камней и земли. Маленькую территорию в одну сотку огораживал так же мощный каменный забор. Лиска не сомневалась, что и камней Идан сам натаскал, и выложил, как и землянку. Больше на логово похожее.

Самого наёмника не было, он за водой побежал. А мальчишка лежал на улице, смотрел в небо заплаканными глазами. Каждое движение отдавалось невыносимой болью, и чтобы не кричать в голос, он сжимал во рту палку. Верхняя часть у него человеческая, а нижняя… звериная. И этот никак не завершившийся первый оборот, приносил нестерпимую боль.

Мальчишка перевернулся на живот, подвывая, пополз на руках к стене. Нижняя часть его тела при этом жила своей жизнью. Белянка, сидя, вернее, лёжа на каменной стене, использовав магическое зрение, наблюдала за ним. Он подполз к стене и попытался, облокотившись спиной к стене усесться, поджав звериные лапы к животу. Видимо, плохо получалось, и больно. Но он пытался.