Читаем Василий Тёркин полностью

Василий Тёркин

Александр Трифонович Твардовский , Петр Дмитриевич Боборыкин

«Посаженные дедом деревца…»

Посаженные дедом деревца,Как сверстники твои, вступали в силуИ пережили твоего отца,И твоему еще предстанут сынуДеревьями.То в дымке снеговой,То в пух весенний только что одеты,То полной прошумят ему листвой,Уже повеяв ранней грустью лета…Ровесниками века становясь,В любом от наших судеб отдаленье,Они для нас ведут безмолвно связьОт одного к другому поколенью.Им три-четыре наших жизни жить.А там другие сменят их посадки.И дальше связь пойдет в таком порядке…Ты не в восторге?Сроки наши кратки?Ты что иное мог бы предложить?

1965

«Все сроки кратки в этом мире…»

Все сроки кратки в этом мире,Все превращенья – на лету.Сирень в году дня три-четыре,От силы пять кипит в цвету.Но побуревшее соцветьеСменяя кистью семенной,Она, сирень, еще весной —Уже в своем дремотном лете.И даже свежий блеск в росеЛиствы, еще не запыленной,Сродни той мертвенной красе,Что у листвы вечнозеленой.Она в свою уходит тень.И только, пета-перепета,В иных стихах она все летоБушует будто бы, сирень.

1965

«Как неприютно этим соснам в парке…»

Как неприютно этим соснам в парке,Что здесь расчерчен, в их родных местах,Там-сям, вразброс, лесные перестарки,Стоят они – ни дома, ни в гостях,Прогонистые, выросшие в чаще,Стоят они, наружу голизной,Под зимней стужей и жарой палящейЗащиты лишены своей лесной.Как стертые метелки, их верхушкиРедеют в небе над стволом нагим.Иные похилились друг ко дружке,И вновь уже не выпрямиться им…Еще они, былую вспомнив пору,Под ветром вдруг застонут, заскрипят,Торжественную песнь родного бораЗатянут вразнобой и невпопад.И оборвут, постанывая тихо,Как пьяные, мыча без голосов…Но чуток сон сердечников и психовЗа окнами больничных корпусов.

1965

«Как глубоко ни вбиты сваи…»

Как глубоко ни вбиты сваи,Как ни силен в воде бетон,Вода бессонная, живаяНе успокоится на том.Века пройдут – не примирится, —Ей не по нраву взаперти.Чуть отвернись – как исхитритсяИ прососет себе пути.Под греблей, сталью проплетенной,Прорвется – прахом все труды —И без огня и без водыОставит город миллионный.Вот почему из часа в часТам не дозор, а пост подводный,И стража спит поочередно,А служба не смыкает глаз.

1965