Читаем Варвары против Рима полностью

В 409 г. они преодолели Пиренеи явно с благословения багаудов, которые позволили им легко пройти в Испанию. Вандалы шли по территории, неподвластной Риму, по областям, которыми номинально руководил Константин III. Сам он был, похоже, ничтожеством, довольно заурядным полевым командиром: ленивым, капризным и высокомерным. В итоге его подчиненные в Испании и Британии скоро перестали получать от него приказы. Его войска в Испании явно не пытались мешать проходящим вандалам. Константин бушевал, воевал, договаривался, в итоге все проиграл, и закончилось дело демонстрацией его отрубленной головы в Равенне в 411 г. Военная машина, с которой когда-то так умело обращался Стилихон, оказалась в руках настоящего римлянина по имени Констанций. В 413 г. он стал единственным августом Запада.

ВАНДАЛЫ В ИСПАНИИ

Падение власти Константина III в Испании привело к тому, что она откололась и превратилась в провинцию под управлением независимого августа по имени Максим, который действовал на побережье Средиземного моря. Вторжение мигрантов в этот регион было описано со всей сладострастной кровожадностью, на какую только способны историки:

Все выглядело так, словно было слишком много ртов, которые надо было кормить, и лучшим, во всех отношениях, решением для пришельцев было расселиться и заняться земледелием. Максим передал им государственные земли[353]. Вандалы и свевы обосновались на северо-западе (Галиция) и на юге центральной части Испании (Андалусия, есть предположения, что это слово происходит от «Вандалусия»). Аланы заняли земли провинции между ними. Мигранты стали новыми владыками разных частей Испании. Еще один испанский летописец, Орозий, бежавший в 414 г. из Испании в Африку, писал, что испанцы предпочитают «нищую свободу» под варварами «облагаемым налогами удобствам» под Римом[354]. В этом с испанским общественным мнением соглашался и Сальвиан:

Весьма вероятно, что обращение язычников вандалов в христианство произошло именно вскоре после их поселения в Испании. И также возможно, что в роли миссионеров выступили готы. Христиане, которые были арианами и тем гордились. А с официальной точки зрения, они были приверженцами ужасной ереси, отождествляемой с варварством.

Римский католицизм пользовался несомненной популярностью в римских правящих кругах на Западе, но выбор религиозных христианских течений среди простых людей был не так очевиден. Даже Амвросий, харизматичный епископ Миланский, жаловался на смущение, происходившее в народе при избрании веры. Он говорил, что подобное встречал и на Востоке, но там это было не столь удивительно, если учесть, что в католицизм арианское население обращали свыше. Епископ Константинопольский стенал: «Напрасно мы стоим пред алтарем — нам не с кем разделить молитву»[356].