Читаем Ванильные эклеры полностью

– Дорогой, надо что-то делать! Он не в себе! Куда он сейчас поедет в такой дождь! Он попадет в аварию в таком состоянии! Надо его остановить как-то!

– Ты же знаешь его характер! Мы его не удержим, если только не запрем до утра, чтобы успокоился! А с утра попробуем поговорить спокойно!

Они поднялись на 3 этаж, к комнате Кристофера и закрыли ее на ключ, пока Кристофер собирал свои вещи.

– Что вы делаете? Откройте! Вы совсем спятили?!

– Кристофер, дорогой, ну куда ты собираешься в такой дождь! Подожди до утра! С утра мы спокойно все обсудим!

– Откройте! Я не ребенок, которого можно наказать, заперев в комнате!

Кристофер дергал двери, но они были сделаны и массива дерева, очень добротные. Родители отправились выпить виски. Всё семейство жутко понервничало. Такого разговора и таких последствий у них в семье еще не было никогда.

Но Кристофер решил, что нельзя вести себя с ним как с непослушным ребенком. Он собрал не большую сумку, открыл окно и собрался спуститься по крыше и плющу. Аккуратно он добрался до второго этажа, но крыша была очень мокрая и от этого скользкая. Он поскользнулся и упал на кусты под собой.

Он ударился головой и отключился. Из-за крайне неудачного падения, он сломал ногу. И пролежал под дождем несколько часов пока его не нашли. В результате он все-таки попал ко врачу. Но с высоченной температурой, воспалением легких, переломом ноги и повторным сотрясением мозга.

Беата ждала Кристофера каждый вечер и очень переживала. Временами она прибегала в студию проверить, не было ли никаких следов присутствия Кристофера, если уж не удастся встретить его самого. В одно из таких посещений, ключ в двери начал поворачиваться. Девушка бросилась к двери, но дверь открыла красивая дама. По сходству с сыном Беата поняла кто перед ней. И поняла, что предстоит за разговор. Она тут же вспомнила про свои манеры и постаралась напустить на себя степенность.

– Добрый день!

– Добрый день!

– Вы видимо Беата. Да теперь я вижу, Вы и вправду очень красивая девушка. Мне кажется Вы старше моего сына.

– Всё верно, Ваша Милость. Я старше Кристофера. С ним все в порядке?

– К сожалению, нет! Он упал с крыши, пытаясь сбежать к Вам. Сейчас он в больнице. У него сильное воспаление легких, переломы и повторное сотрясение мозга.

Беата побелела. Элизабет продолжала.

– Нам понадобится увезти его в Швейцарию на лечение. Ему необходим горный воздух и лучшие специалисты. Не поймите меня неправильно, но к нашему не скорому возвращению из Европы, я бы хотела, чтобы Вы поменяли квартиру или уехали из Лондона. Я ничего не имею против Вас лично. Просто поймите меня как мать. За последние полгода мой сын уже второй раз попадает в больницу с жуткими травмами. По этим причинам, я не могу проникнуться к Вам любовью и доверием.

– Разве только по этим?

– О, Вы правы! Не хочу никого обидеть, но о русских дворянках, сбежавших от революции идет определенная слава, которая не внушает никому из нашего окружения доверия. Я считаю, что мой сын заслуживает лучшей доли, чем Вы.

– Грубо, но я другого и не ожидала, ни от Вас, ни от кого-нибудь из Вашего круга общения.

Наступила пауза.

– Я понимаю, что переезд стоит денег, поэтому готова взять эти трудности на себя.

Леди Торн достала чековую книжку.

– А что будет со студией и с его картинами?

Леди Торн посмотрела на две картины, которые стояли на мольбертах. Увидев картину с изображением Беаты, Элизабет нахмурилась.

– Думаю сохранить их будет неуместно.

Они обе замолчали. Беата думала. То, чего она боялась изначально, наконец то ее настигло. Она и сама понимала, что впереди её ждет болезненное расставание с Кристофером, по причине того, что ее не примут в его кругу, да она и не хочет никому ничего доказывать и чувствовать себя обязанной или униженной.

– Хорошо. Я перееду, но у меня будет к Вам два условия.

Беата говорила тихо. Она чувствовала, как волна дрожи накрывает ее, но она держится изо всех сил, чтобы не показать это Леди Торн.

– Первое, Вы отдадите картины мне. И второе, я очень надеюсь на Вашу порядочность. Мне не нужны Ваши деньги. Я в состоянии сама улаживать такие вопросы. Но я прошу Вас не врать Кристоферу и не говорить, что я отказалась от него из-за денег. Прошу Вас не опошляйте наши с ним отношения. Пусть чувства наши оказались неуместны, но они были искренние.

– Хорошо! Я обещаю Вам, что Кристофер узнает правду о том, что Вы не стали брать деньги. И Вы можете забрать себе эти картины. Но давайте я уточню. Вы смените место жительства, так чтобы Кристофер Вас не нашел, и Вы сами не будите искать с ним встречи.

– Совершенно верно.

– Тогда мы с Вами договорились!

– Договорились.

Девушка положила на стол свой ключ от студии. В этот момент у Беата в глазах стали проступать слезы. Она взяла два холста и поспешила удалиться из квартиры. Не забывая о манерах у дверей, она пожелала матери Кристофера всего хорошего.

Как Беата добралась до своего дома, она не помнила. Мир рухнул. Опять.

Ранним июльским утром в кабинет Джона Стенли пришел посетитель без предварительного звонка. Звали его Оуэн Райт.