Читаем Вампир в Атлантиде полностью

Дэниел присел на корточки рядом с Серай и, взяв ее руки в свои, яростно пообещал:

– Пока я дышу, ты никогда не будешь одна. Порталу придется убить меня, чтобы оторвать от тебя, и сразу предупреждаю: меня крайне трудно убить – даже магической двери.

Атлантийка неуверенно улыбнулась, но даже такой малости оказалось достаточно, чтобы у вампира перехватило дыхание.

– Мне нужно поцеловать тебя сейчас. Нужно войти в тебя. Сию же минуту. Прошу, – хрипло умолял он, но даже не дав ей времени ответить, прижался к губам Серай поцелуем, в который вложил отчаянный приказ жить, выжить, невзирая ни на что.

– Да, Дэниел, – ответила она, когда смогла наконец вздохнуть. – Да, я тоже хочу тебя, ты мне тоже нужен.

Серай подняла руки, зная в глубине души, что согласилась не просто на поцелуй или на секс. Если они снова займутся любовью, то, скорее всего, произойдет слияние душ, и тогда Дэниел будет привязан к ней навечно. Как атлантийка и надеялась. Однако это, вероятно, не входило в планы вампира, так как он продолжал повторять, будто Серай будет лучше без него. Неужели Дэниел таким образом пытался вежливо намекнуть, что не хочет прожить с ней столько времени?

Серай закрыла глаза, отказываясь даже думать о подобном. Смысл тревожиться о далеком будущем, если неизвестно, переживет ли она завтрашний день? А сейчас Серай сжимала в объятиях мужчину, соблазняющего ее глубокими, опасными поцелуями.

Дэниел принадлежит ей – а о вечности можно подумать и потом.

Он обнял ее сильными руками и поднял с пола так быстро, что они чуть не взлетели, пока вампир не осознал, что делает, и не опустился обратно. Однако продолжал высоко держать партнершу – так высоко, что ее ноги не касались земли. Одной рукой Дэниел крепче обхватил Серай за талию, а другой сжал ее косу и намотал на кулак, оттягивая голову любимой назад и открывая себе ее шею.

– Я должен сопротивляться, – прорычал вампир где-то у самого ее горла. Серай почувствовала прикосновение его языка, затем легкое царапанье зубов, и застыла совершенно неподвижно, осознав, чему именно сопротивляется Дэниел.

– Я не должен кусать тебя, твоя кровь такая вкусная, такая сладкая, настоящий наркотик, – прошептал он, целуя ее шею снизу вверх, а затем осторожно кусая мочку уха атлантийки, пока Серай извивалась в его объятиях, стараясь прижаться ближе, почувствовать больше, насладиться близостью партнера.

Теперь, когда она узнала, что такое заниматься любовью, то хотела еще, и еще, и еще.

– Похоже, я распутница, – призналась Серай и удивилась, когда Дэниел рассмеялся.

– Я очень на это надеюсь, – пылко прошептал он, затем поднял ее еще выше, так что Серай машинально обхватила ногами его талию. Дэниел прошел вместе с ней по пещере и прижал атлантийку спиной к стене. И снова поцеловал ее, глубже, с таким пылом, что, казалось, весь мир завертелся вокруг них в дымке чувственного наслаждения.

– Спасибо, ми амара. Спасибо за то, что вернулась ко мне, – прошептал Дэниел любимой на ушко.

Он сопротивлялся желанию и жажде крови, которые понуждали его овладеть Серай, сделать ее своей. Он совсем недавно забрал ее девственность, и, вероятно, атлантийке еще немного больно. Вампир не имел права заставлять ее заниматься сексом так скоро. Но поцелуи Серай сводили с ума. Ее губы были такими мягкими и сладкими, а страсть воспламеняла и доводила до безумия. Готовый твердый член отреагировал на нежную близость принцессы точно самонаводящаяся на тепло ракета.

Вампир посмеялся над собой за такие мысли. Вряд ли древнеатлантийская дева оценит сравнение.

– Дэниел, почему ты улыбаешься? Почему не целуешь меня? – Серай зарылась пальцами в волосы любовника и притянула его голову обратно к себе, и сладкий вкус губ атлантийки сказал ему больше, чем любые слова.

Убедил, что она принадлежит ему.

– Ты моя, слышишь? Я никогда тебя не отпущу, – прохрипел Дэниел. В голосе его смешались желание, потребность и жажда собственника. – Даже не думай, будто найдешь себе атлантийца получше. Если он посмеет хотя бы подумать о том, чтобы коснуться тебя, я убью его!

Серай слегка отодвинулась и рассмеялась.

– Дэниел, ты же понимаешь, что угрожаешь сейчас плоду своего воображения? Я всегда хотела лишь тебя. Это ведь ты упорно подталкиваешь меня к какому-то совершенному атлантийскому мужчине, который существует лишь в твоей голове.

Клыки вампира удлинились, и он прорычал:

– Никогда. Ты меня слышишь? Никогда. Ты – моя. Скажи это.

Серай посерьезнела и долго, целую вечность, смотрела Дэниелу прямо в глаза, а потом наконец кивнула.

– Да, я твоя. Но и ты мой, ми амаро. Признай это, – потребовала она, так напоминая вампиру ту самую избалованную атлантийскую принцессу, о которой он мечтал в своей одинокой постели, когда был подмастерьем.

– Да. Твой. Навсегда, – прорычал Дэниел. – А сейчас пора тебя трахнуть.