Читаем Вампир в Атлантиде полностью

Вполне логично. Дэниел всю жизнь любил женщину, которая сейчас предпочла общество дикого кота из джунглей человеческому. Вампир должен бы усвоить какой-то урок, но черт побери, понять бы еще какой именно.

Дэниел невесело усмехнулся и спустился на пол. В любом случае он проклят. Разве верующие не утверждали, что у вампиров нет души? Его недолговечная надежда на спасение – полная ерунда. Он нашел женщину, которая не желала иметь с ним ничего общего, которая считала, что Дэниел способен ампутировать руку человеку в обычном бою.

Хотя… конечно, он способен на это, но не стал бы… он не делал… не причинял вред своим союзникам. Разве этого недостаточно? Удерживало его от полного безумия лишь то, что Серай отказывалась говорить и с Райзеном. Как только Квинн последовала за ней и пояснила, что на самом деле случилось с рукой атлантийца, Серай бросила испепеляющий взгляд на Райзена и спросила, по какому праву воин напал на ее спутника.

Райзен умолял ее выслушать его версию событий, но Серай игнорировала атлантийца так, словно его не существовало, и попросила Квинн оставить ее на некоторое время в покое. Квинн согласилась, а Джек вызвался охранять гостью. Серай попросила его снова обратиться в тигра. Всё это случилось часа два назад.

Самые долгие два часа в жизни Дэниела.

Квинн вернулась в пещеру и с вызовом посмотрела на вампира, уперев руки в боки.

– И что теперь? Кто наведет порядок? Мне этот торт очень нравился.

Дэниел осмотрелся и понял, что повсюду валяются куски пищи, пролитые напитки, сломанные стол и стулья. Одна из ножек стола попала в потолок. Он не припоминал, как сотворил всё это. Вампир всегда прекрасно умел отбрасывать плохие воспоминания, но что касается уборки… он чувствовал себя бесполезным. Минуточку.

Он мог заставить вещи исчезнуть. Дэниел вспомнил о давным-давно позабытом волшебстве гильдии ночных странников. Один из самых ужасных уроков. Если жажда крови затмевала разум, то все свидетельства убийства следовало убрать.

В то время, как и сейчас, люди с деревянными колами превосходили своим числом его собратьев.

Дэниел закрыл глаза и призвал силы, которыми не пользовался очень давно. Серай напомнила ему, что когда-то он был могущественным магом гильдии ночных странников. Что-то от волшебства должно остаться, пусть он и не пользовался своими способностями несколько тысяч лет. Если вампир и так достаточно силен, зачем ему магия?

«Aidez-moi» [5], – прошептал Дэниел. Помогите мне. Однако эта задача деликатнее его обычных занятий – прошибать головы и спасать людей. Он поискал тонкую линию серебряной энергии, погребенную глубоко в его сознании, и осторожно взял ее своим разумом.

Магия от языка не зависела, но вампир предпочитал использовать французский. Он послал ленту энергии по комнате, и обломки исчезли. Квинн сильно задрожала, когда магия прошла над ней и через нее, но ничего не сказала, пока Дэниел не закончил.

– Мило, – сухо прокомментировала она. – Ты всегда сможешь подрабатывать уборщиком, если тебе не повезет с вампирской политикой.

– Я уже не Прайматор, я уволился.

– Почему?

Дэниел махнул рукой, словно отсекая все вопросы. Но не тут-то было. Все-таки это была Квинн.

– Ты же знаешь, что я эмпат. И даже без уз крови я чувствую твою боль от того, что ты не можешь пойти к ней. Почему бы тебе не рассказать мне о ней? До заката осталось минут двадцать.

– Зачем? – Вампир пронесся по комнате так быстро, что Квинн его даже не заметила, и остановился в нескольких сантиметрах от нее. – Какое тебе дело?

Она склонила голову на бок и посмотрела на Дэниела.

– Потому что я твой друг, идиот. И думаю, у тебя их не так уж много. Так что расскажи мне о ней. Как вы познакомились?

Вампир без особого успеха раздраженно посмотрел на собеседницу, даже подумывал связать ее и заткнуть ей рот, но решил, что дело того не стоит. В любом случае она права. Его внутренние часы указывали, что пройдет ровно двадцать одна минута, и он сможет выйти из этой проклятой пещеры без опаски.

– Хорошо. Расскажу я тебе сказку под названием «Принцесса и кузнец», – съязвил вампир.

Квинн улыбнулась и села на пол, скрестив ноги.

– О, чудесно. Надеюсь, конец у нее счастливый.

– В этом я сильно сомневаюсь. В общем, не стоит тратить наше время. Однажды, давным-давно…

Одиннадцать тысяч лет назад,

Атлантида