Читаем Валерия в зеркале полностью

Нерея с ужасом смотрела на тарелку с едой. Чем кончатся для нее эти спагетти? Разросшимся брюхом? Бедрами? Набухшей складкой жира на талии?

– Дани… – нежно сказала она.

– Да?

– Скажи, я толстая?

Даниэль застыл, поднеся стакан к губам, и пристально посмотрел на нее.

– Ты шутишь?

– Нет. Скажи честно: толстая?

– Радость моя, ты прекрасна. Ты самая…

– Нет, не надо красивых слов. Скажи мне правду.

– Нерея, ты замечательная.

Она отодвинула тарелку, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать, но слеза сбежала по щеке и капнула на скатерть, оставив круглое пятнышко. Дани не сводил с нее глаз.

– Что с тобой? – спросил он; ей показалось, что голос у него раздраженный.

– У меня жир.

– Что?!

– Меня разносит.

– Ты глупышка, вот что ты такое. – Он слабо улыбнулся, стараясь перевести этот разговор в шутку. – Ешь, пожалуйста.

– Знаешь… я не хочу есть. Никакого аппетита. На самом деле… – она посмотрела на их с Даниэлем тарелки. – Мне от этой еды как-то тоскливо. Слишком воняет помидорами.

Он посмотрел на нее, как на сумасшедшую. Аккуратно положил на стол нож с вилкой и серьезно сказал:

– Нерея, тебе надо сходить к врачу. Ты меня пугаешь.

Нерее показалось, что она задыхается. Она положила салфетку на стол и извинилась.

– Мне надо идти. Пожалуйста, отпусти меня, потому что… Мне надо кое-что сделать.

Не дав ему ответить, она торопливо собрала вещи, вышла на улицу и глубоко вздохнула. Даниэль подозвал официанта и встал. Нерее не хотелось говорить о том, что произошло. Ей даже неохота было видеть Даниэля. Она поймала такси и умчалась.

Нерея с сомнением нажала на звонок и несколько секунд подождала.

– Да?

– Валерия… это я, Нерея.

Я торопливо отперла дверь. Обычно Нерея не являлась без предупреждения, да еще в такое время. Я испуганно посмотрела на Виктора, который звонил кому-то по телефону. Он лежал в кровати, лохматый и почти без одежды.

– Кто это?

– Оденься, это Нерея.

Виктор неохотно поднялся и натянул штаны. Я сомневалась, что они застегнутся, его мужской орган по-прежнему излучал жизнелюбие. Затем он нашел рубашку и накинул ее на плечи.

Пока он зашнуровывал «конверсы», я вернулась к двери. Вошла задыхающаяся Нерея: видимо, она бежала по лестнице, перепрыгивая через ступеньку.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила я.

– Нет, ничего, просто…

Я смотрела на нее удивленно.

– Нерея, с тобой все в порядке?

– Валерия, я сама не понимаю, что со мной происходит. Я толстая, мне плакать хочется, не хватает воздуха…

Она вошла и покосилась на Виктора, который тоже вышел ей навстречу, приглаживая волосы. Посмотрела на разобранную постель.

– Прости, я должна была сперва позвонить…

– Не беспокойся, – сказал Виктор. – Я сейчас уйду, и вы спокойно поговорите…

Действительно, это касалось только девочек. Виктор был лишним.

– Ох, пожалуйста, не уходи, мне так будет еще хуже, – пробормотала Нерея, не глядя на Виктора.

– Нерея, сядь. Хочешь чего-нибудь выпить? – я указала ей на кресло.

Она села, глядя куда-то в пустоту. Виктор прошел мимо меня к выходу, шепнув на ухо, что прогуляется. Когда дверь закрылась, Нерея очнулась.

– Что с тобой? – нежно спросила я, опустившись перед ней на колени.

– Не знаю. Я поправилась на несколько килограммов, мне плохо.

Мне она показалась очень странной.

– Послушай, Нерея, ты действительно набрала эти килограммы или все здесь? – я коснулась пальцем головы.

– Нет, нет, нет… На мне штаны не сходятся.

– По-моему, ты нисколько не изменилась. Я не утешаю тебя, просто, по-моему, ты и правда чудесно выглядишь, как всегда.

– Лола сказала, что у меня жир вываливается из штанов.

– Лола любит всех подкалывать, как будто ты не знаешь. Мне она как-то сказала, что я похожа на отставную балерину.

– Нет… это не то же самое. Это правда.

– Ну хорошо, даже если ты поправилась на пару кило, что в этом такого?

– Не знаю. Что-то… что-то не так.

Я вопросительно посмотрела на нее.

– С Даниэлем? – она пожала плечами. – На работе?

– Все это не имеет значения.

Она умолкла, глядя в пол. Я тоже молчала. Я хорошо ее знала и понимала, что она не влюблена в Даниэля. Несложно было об этом догадаться. Но я сомневалась, способна ли она вообще в кого-нибудь без оглядки влюбиться. Нерея была слишком прагматична. Она искала конкретного мужчину, который бы вписывался в ее модель жизни, но не искала любви. Это не представляло никаких проблем, главное – она чувствовала себя удовлетворенной. Я не могла понять, как можно разделить свою жизнь с кем-то, кого не любишь, но это была ее жизнь, прожить которую предстояло ей самой. Может, она и любила его по-своему; каждый человек любит, как может и как умеет. Каждый человек любит так, как желает любить.

Ее работа… тут все обстояло так же. Когда-то Нерея без особой страсти поступила на факультет менеджмента – мама ей намекнула, что там она найдет приличного мужа, при котором можно и не работать. Подобный вариант вовсе не казался мне плохим – каждый делает со своей жизнью все, что захочет, и сам расставляет приоритеты. Однако Нерея в эту схему не вписалась и внезапно начала самостоятельно продвигаться в мире бизнеса. Неизвестно только, делала ли эта работа ее счастливой.