Читаем Вагнер полностью

29 октября 1873 г. в Байрейте происходит собрание представителей «Вагнеровских союзов». Ницше читает свой проект обращения к широким кругам за помощью, Он признан слишком «пессимистическим» и отклонен. Дрезденский профессор Штерн составляет воззвание: оно было распространено в количестве 1 000 экземпляров по книжными и музыкальным магазинам всей Германии вместе с подписными листами и не имело абсолютно никакого успеха. Имя Вагнера как прежде — предмет острой вражды, насмешек, непонимания. Правда, выступления Вагнера на концертах в Дрездене, Гамбурге, Кёльне приносят ему все внешние знаки почета, но доход минимален.

Удастся ли Байрейт? Театр уже вчерне готов… Но в начале 1874 г. Вагнер вызывает верного Геккеля из Мангейма. «Я решил вызвать вас, чтобы сообщить свое решение объявить о крушении всего предприятия… Театр надо заколотить досками».

Трудно представить себе, в каких трудных условиях находился в те дни Вагнер. Но и здесь помог Людвиг Баварский. «Нет, нет — я помогу», пишет он. Байрейту вновь открыт кредит. В апреле 1974 г. Вагнер переезжает в свой только что оконченный «Ванфрид». Летом 1874 г. Вагнер руководит в Байрейте занятиями своих будущих артистов. 21 ноября 1874 г. окончена партитура «Гибели богов». «Кольцо Нибелунгов» замкнуто. Вагнер снова срывается с места, снова выступает в концертах, дирижируя отрывками своих новых произведений. Вена, Берлин, Будапешт: здесь — вместе с Листом…

Вагнер бесконечно нервен и раздражителен, в то же время весел и доволен… С Ницше у него происходит целый трагикомический скандал по поводу партитуры Брамса, которую гостивший в Байрейте Ницше приносит Вагнеру. Брамс! Молодое поколение! Искусство, которое новее музыки Вагнера! Вагнер кипятится, кричит, как мальчик, чтобы потом, успокоившись, шутить над собою, извиняться. «Я не понимаю, каким образом попало в мир такое существо, как Вагнер», говорит о нем его собственная жена.

В июле 1676 г. в готовом уже театре Байрейта начались репетиции. 1 августа вошедшего в театр Вагнера приветствовал оркестр под управлением Ганса Рихтера, прекрасный исполнитель Вотана Бетц пел ему навстречу слова из «Золота Рейна»:

За столиком рядом с зеленым абажуром лампы на авансцене Вагнер руководил репетициями. Так зарисовал его знаменитый немецкий художник Адольф Менцель. Вагнер, маленький, подвижной, в очках, напоминает одинаково школьного учителя и кудесника.

А потом опять поездка для денег. Он едет на два месяца в Вену, чтобы провести там безкупюрные постановки «Тангейзера» и «Лоэнгрина». Затем — в Берлин, где он руководит «Тристаном» и пытается через Бисмарка добиться поддержки Байрейта государством. Но Бисмарку, находившемуся на вершите своего всемогущества, не нравился слишком самостоятельный тон Вагнера. За 5 тыс. долларов пишет Вагнер юбилейный марш для Северо-Американских Соединенных Штатов, праздновавших столетие своей независимости. «Знаете, что самое хорошее в этом марше? Деньги, которые я за него получил…»

Летом 1876 г. театр в Байрейте был наконец открыт для первого представления полного «Кольца Нибелунгов». 13, 14, 16 и 17 августа поставлены были так — или приблизительно так — как того хотелось их автору, четыре грандиозные драмы, написанные им в литературной форме больше, чем двадцать лет назад. У Вагнера был теперь свой театр: несбыточная мечта осуществилась… Архитектор Брюквальд из Лейпцига построил театр в согласии с планами и идеями Вагнера. Единым огромным амфитеатром на 1 650 человек раскинут зрительный зал. Оркестр сделан невидимым: это нововведение Вагнера, которое еще в конце XVIII века было рекомендовано известным французским композитором Гретри, принято было потом в ряде других оперных театров. Зрительное оформление сцены, как и образное воплощение ролей, конечно, заставляло желать лучшего. Но это не вина, а беда Вагнера. Великий реформатор был в плену наивного натурализма своего времени во всем, что касалось декораций, костюмов, освещения. «Дочери Рейна», гибкие красавицы золотой реки, оказывались тремя подвешенными на невидимых проволоках полными дамами, а валькирии — могучего телосложения «истинно немецкими» героинями. Но «Вотан», наполненный Францем Бетцем, «Зигмунд» Ниман, «Брунгильда» Матерна были на высоте желаний Вагнера. На генеральной репетиции «Кольца» присутствовал прибывший секретно Людвиг Баварский. Первое представление с большой помпой посетил сам император Вильгельм I: предержащие власти прониклись сознанием необходимости поддержать «национальное» дело. Только ли «национальное»? Из посетителей Байрейта в 1876 г. общий процент приехавших из-за границы был 22 процента. Многие приехали из России, больше всего было англичан.