Читаем V1 полностью

Я вновь вернулся к карте – стрелки связей надо изменять, из-за вновь открывшихся обстоятельств. С жертвами все понятно. Лена не пожелала принять издевки на свой счет, сообщила своему парню о содеянном, тот, недолго думая, играет мускулами и назначает разбирательство в «чисто мужском» стиле, добавляя к нему Лену. Для чего? А чтобы она видела какой он молодец и как он умеет справляться с таким вызовом.

Данила Трошин… Жертва обстоятельств. Не знаю, понимал ли отец, что его сын сам подписался? Данила решил проявить характер – снова зачмырить очередного парня не по габаритам. Однако вряд ли он понимал, что все так может повернуться.

А как было бы иначе? Просто ради варианта ситуации – вот Антон приходит, начинается разговор в стиле: «Да ты кто такой? Ты знаешь, кто я, кто она?» А что дальше? Поставил бы на колени и требовал просить перед ними прощения? Начал бы бить? Отец никогда не учил его такому, и скорее Данила сам бы потом стоял на коленях перед Сергеем, получая от него весьма убедительные доказательства несостоятельности позиции.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза