Читаем В западне полностью

Владельцем был конгрессмен от штата Миннесота Дойл Хопкинс, лидер большинства в Палате представителей. Его убили тремя выстрелами в упор.

Более подходящего преступления, чтобы посеять панику среди обычных американцев, невозможно было придумать. В результате оказались варварски разрушенными и атмосфера доверия между людьми, и неприкосновенность семейного очага.

Телекомментаторы эксплуатировали эту идею как могли, высасывая из нее все возможное. – Зачем он открыл дверь? – риторически восклицал один из них, будто каждый владелец пригородного дома не делает то же самое десятки раз, будто дьявольские намерения убийцы конгрессмена можно было различить даже из-за дверей в вечернем сумраке.

Но те, кто задержался у телевизора подольше, наверняка узнали, что состояние Президента не улучшилось. Врач, возглавлявший бригаду медиков, которые отвечали за здоровье Президента, утром провел пресс-конференцию, из которой в эфир попали лишь несколько минут. Новостью этого часа стало убийство лидера большинства Палаты представителей.

Но эта новость лидировала лишь до девяти часов утра – по восточному времени, естественно.

В восемь пятьдесят восемь пятеро хорошо вооруженных людей в длинных, до колен, пальто появились в Ротонде Капитолия. Они перестреляли из пистолетов четырех охранников, несших службу у входа, прежде чем те успели схватиться за оружие. Затем, распахнув полы пальто, извлекли автоматы "узи" и разбежались в разные стороны по коридорам здания, на ходу стреляя в каждого, кто попадался им на пути.

Первое сообщение об их зверствах прошло в эфир в девять часов ноль одну минуту от съемочной группы, готовившейся взять интервью у спикера Палаты представителей. Камера запечатлела одного из стрелявших в тот кошмарный момент, когда он буквально скосил журналистку-телекомментатора, а затем направил свое оружие на оператора. Пятью выстрелами оператора отбросило к стене, камера упала на мраморный пол и разбилась.

Охранник в форме, находившийся возле гардероба Палаты, бросился по коридору на звуки выстрелов, на ходу выхватывая пистолет. Поворачивая за угол, он чуть не налетел на одного из нападавших с "узи" в руках. С расстояния в пять футов они обменялись выстрелами. Хлопок пистолета потонул в грохоте "узи". Оба, смертельно раненные, упали на пол.

В живых оставалось четверо террористов. Один из них ворвался в зал для парламентских слушаний одного из комитетов, где уже собралась публика, и выпустил в толпу весь магазин. Зал недавно отремонтировали, улучшив акустику, поэтому треск автоматных очередей прозвучал оглушительно. Лишь после того, как выстрелы стихли, оставшиеся в живых смогли услышать стоны и крики о помощи.

Убийца спокойно стоял посреди окровавленных и стенающих жертв и менял магазин. Опустошив в поверженную толпу второй магазин, он взялся за третий, но в этот момент появившийся в дверях охранник сразил его выстрелами из "магнума-.357".

Первые же две пули, выпущенные из пистолета, повергли убийцу на пол, но обезумевший охранник на бегу продолжал стрелять. Шестую и последнюю он всадил террористу в голову с расстояния трех футов.

Шестнадцать человек из находившихся в зале были убиты, семнадцать ранены. Только трое не получили огнестрельных ранений.

Следующий террорист нашел свою смерть в столовой Палаты представителей, после того, как два магазина он истратил, стреляя по посуде, а третий – по люстрам. Здесь у него заело автомат. И пока он стоял среди битого стекла, пытаясь исправить свое оружие, в дверях появились два охранника и открыли огонь из пистолетов. Получив три пули, он рухнул навзничь, еще две настигли его уже лежавшим на полу.

Один из террористов попал в старый зал Сената, который, к счастью, оказался пуст. Но это его не остановило. Стоя у кафедры, он поливал из автомата полированные столы и скамьи. Затем, отбросив "узи", вынул пистолет и выстрелом вышиб себе мозги.

Единственного террориста, схваченного живьем, подстрелили в спину, когда он бежал по коридору второго этажа. Ему удалось убить около дюжины людей и еще девятерых ранить до того, как охранник-женщина послала в него пулю.

* * *

Видя на телеэкране этот ад кромешный – через двадцать минут после начала событий каждая телекомпания уже имела в Капитолии свою съемочную группу, а две даже отправили вертолеты, которые кружили над ним, – глава администрации Белого дома Уильям С. Дорфман звонил из своего кабинета дежурному офицеру ФБР.

– Сколько их там было?

– Мы не знаем.

– Вы их взяли?

– Пока не ясно.

– Пострадавшие есть?

– Скорее всего, да.

– Ладно, проклятье, перезвоните мне тотчас, как узнаете что-либо точно, гребаный вы идиот! – прорычал Дорфман и с такой силой швырнул трубку, что пластиковый корпус аппарата треснул.

Подобные вспышки гнева относились к большим недостаткам его характера и только вредили его политической карьере. Дорфман знал это и всячески пытался себя контролировать. Пока...

Через минуту телефон снова ожил. Звонил вице-президент Куэйл.

– Я собираюсь в Капитолий. Хочу, чтобы вы поехали со мной.