Читаем В тихом омуте полностью

Эсме Трент стояла и смотрела вслед уходящему Джеффри. Ворота заскрипели, когда он их открыл, а затем его шаги постепенно стихли. Элли стояла словно замороженная. Если бы Эсме выглянула, то легко заметила бы ее, так как свет из открытой двери освещал все пространство перед домом. Но Эсме стояла и смотрела только в ту сторону, куда ушел Джеффри. Казалось, она будет стоять так вечно. Однако все на свете когда-нибудь кончается, и это бесконечное ожидание для Элли тоже окончилось: Эсме повернулась и закрыла за собой дверь. На улице стало так же темно, как и прежде. Элли, испуганная тем, что прикоснулась к чему-то страшному, недозволенному, пришла в себя и быстро побежала к дому. Тем не менее она не вполне осознавала, куда бежит: вместо того чтобы свернуть налево, к дому викария, она повернула направо и побежала по дороге, ведущей к дому Фордов. Если бы Элли нашла в себе силы и остановилась хотя бы на мгновение, то поняла бы свою ошибку. Однако она все бежала дальше, пока не оказалась перед домом Фордов.

И Мэриел, и Джеффри оказались перед нею. Мэриел не бежала, да и не думала это делать. Она полностью была удовлетворена своим поведением. Сначала Мэриел разработала совсем другой план. Она представляла, как внезапно появится в домике, смутив их обоих, какой умной себя покажет, как победит эту неприятную особу — Эсме Трент. В принципе можно было бы и не пугать Джеффри, если бы он вел себя скромнее. Мысленно перед Мэриел предстала другая картинка, тоже придуманная ею: сцена, когда Джеффри говорит ей, что всегда любил только ее, что Эсме просто соблазнила его, что она очень коварная женщина, что теперь, увидев их обеих вместе, он понял, что она, Мэриел, — единственная любовь его жизни. Если бы Джеффри сыграл эту роль, она могла бы спасти его. Мэриел могла бы сказать, что он попрощался с Эсме прежде, чем утонула Мэйбел Престон, и сразу же покинул площадку у пруда. После этого можно было легко справиться с Эсме.

Чем дольше Мэриел думала об этом, тем больше ей нравился тот план, который возник у нее в голове, когда она была в домике Эсме Трент. Мэриел заметила лежавший между диваном и стеной носовой платок Эсме. С того места, где сидела эта ужасная женщина, ей ничего не было видно. А вот Мэриел прекрасно все замечает. Воспользовавшись моментом, когда Эсме отвернулась, она молниеносным движением схватила платок и заткнула его в рукав.

Если носовой платок обнаружит полиция, это доказало бы, что Эсме там была. Она-то ведь сказала, что доказательств никаких нет, однако по крайней мере одно было — вот это. У Эсме имелась целая дюжина таких платков с вышитыми на них инициалами. Они были разных цветов: зеленые, синие, янтарные и бежевые. Этот был янтарным. Такой платок есть только у Эсме, поэтому он будет отличным доказательством и надолго испортит ей нервы и жизнь. Возможно, в тюрьму Эсме не посадят и не приговорят к смертной казни, однако от Джеффри Форда отвадить ее удастся.

Мэриел все еще внимательно обдумывала эту приятную возможность покончить с таким злостным врагом, когда подошла к дому. Любой, кто мог последовать за ней, увидел бы, что она на мгновение поколебалась и затем резко повернула на ту тропинку, которая вела к пруду. Мэриел целиком погрузилась в свои приятные мысли, уже давно ей не было так хорошо. Чем скорее носовой платок окажется в беседке, тем лучше. К утру он станет достаточно влажным. У Мэриел был фонарик, но она старалась пользоваться им как можно реже. Луна освещала дорогу достаточно, чтобы не заблудиться.

Когда она подошла к беседке, то включила фонарик, чтобы выбрать лучшее место для платка. Он должен быть найден быстро, но не сразу, иначе что-нибудь могут заподозрить. Как только Мэриел нашла такое место, то сразу же погасила свет и подошла к водоему. В нем отражалось ночное небо, которое в воде выглядело более ярким, чем было на самом деле. Скрытая за облаками луна плыла в пруду. Где-то летел самолет. Мэриел знала, что в Лэдбери находилось летное поле. Этот самолет летел очень низко, заглушая все звуки. Даже если бы она смогла услышать какой-либо другой звук, то не обратила бы на него внимания. Именно это и произошло: думая о своем будущем триумфе, Мэриел не услышала движения позади себя. Впрочем, возможно, она в любом случае не услышала бы ничего, поскольку мощеные дорожки полностью заросли густой невысокой травой. А ведь были шорохи, были шаги… Последовал быстрый удар.