— Никому не нравится экономить на еде. Ты же не сможешь получать за свою книгу каждую неделю или хотя бы раз в месяц. Нет ничего страшного в том, если ты будешь писать свои статьи и одновременно работать над книгой. У тебя есть талант, поэтому ты можешь себе позволить это.

— Да, но я так и не научился зарабатывать деньги.

Помолчав немного, Джанет сказала:

— Меня это не касается.

— Не касается?

— Нет. И той девушке, на которой ты собираешься жениться, тоже не захочется думать об этом.

Засмеявшись, Ниниан сказал:

— Ну тебе лучше об этом знать! Хорошо, давай поговорим о чем-нибудь другом. На свете есть более интересные и романтичные вещи, чем деньги. Давай обсудим проблему жилья. Мне предложили небольшую квартирку, а парень, который жил там до меня, теперь собирается уехать на работу в Шотландию, а от меня требуется только продлить срок аренды. Я решил сказать тебе об этом сейчас. Мы могли бы завтра выбраться в город и заключить договор.

Джанет смотрела прямо перед собой. Ей уже не казалось, что тут чересчур темно, тем не менее, чувствуя, что он пытается поймать ее взгляд, она не могла определить выражение его глаз: смеются они или выражают попытку найти брешь в ее броне. И даже если она сможет отвернуться от него, скрыть выражение глаз, участившееся дыхание и покрасневшее лицо, Джанет знала, что Ниниан все равно найдет способ справиться с ее системой защиты. Когда она смогла совладать с собой, то сухо сказала:

— Тебе нужно пригласить в эту квартиру ту девушку, которая станет твоей женой. Именно она должна понять, нравится ей это жилище или нет.

— Естественно, я приглашу. Но мне хотелось бы, чтобы ты тоже увидела его.

— У меня нет свободного времени. Мне нужно заботиться о Стелле.

— Не пытайся меня обмануть. Мне прекрасно известно, что она может находиться в церковной школе уже с утра. Нэнни, когда ей требовался выходной на несколько часов, всегда договаривалась с миссис Лентон. Мы можем уехать в девять тридцать и вернуться к половине пятого. Понимаешь, мне действительно очень нужно, чтобы ты взглянула на эту квартиру. Бывший хозяин хочет оставить некоторые вещи, например занавески, которые он не может забрать с собой в Эдинбург. Там он будет жить в доме у своей старой тети, где очень высокие потолки.

Джанет, которая больше не могла держать себя в руках, вспыхнула и гневно сказала:

— Кажется, я уже говорила тебе, что мне не хочется обсуждать такие темы. Это твое личное дело, чем обставлять свою квартиру.

— Но, милая моя, ты же тоже будешь смотреть на эти занавески и ходить по этому линолеуму, ты же тоже будешь жить в этом доме.

— У меня нет никакого желания смотреть на эти предметы и тем более жить в этом доме.

Внезапно лицо Ниниана изменилось. Он перегнулся через стол и схватил ее за руки.

— Не говори так, Джанет, прошу тебя, не говори!

— А почему это, собственно, я не должна так говорить?

Он коротко хохотнул, отпустил одну ее руку и спокойно произнес:

— Это одна из тех вещей, которые я должен принять на себя. Хотя, конечно, все это уже устарело. Недавно я слышал другое выражение — что-то вроде «я тебя обеспечу», но это так неприятно. Однако что делать, это же брак…

— Никто не говорил о браке.

— Дорогая, я говорил. Я последовательно кладу свою зарплату, занавески, линолеум с квартирой и многие другие вещи к твоим ногам уже в течение по крайней мере десяти минут. Разве ты не заметила это?

Джанет коротко ответила:

— Нет.

Ей казалось, что она сделала все правильно, в том числе и сказала свое «нет», Но ни к какому результату это не привело.

Ниниан вздохнул.

— Ну так давай начнем сначала! — проговорил он все с тем же смехом, но изменившимся голосом.

Неожиданно он наклонил голову к руке Джанет, которую продолжал держать, и начал ее очень нежно целовать. Казалось, этому не будет конца.

В первое мгновение все поплыло перед глазами Джанет, но затем снова стало на свои места. Ощущая прикосновения его губ, Джанет не могла повторить «нет», но ее радовал тот факт, что и «да» она тоже не сказала. Хотя, если смотреть правде в глаза, ей сейчас хотелось только чувствовать его губы…

А затем с другой стороны ширмы раздался голос — это был Джеффри Форд, и он, кажется, стоял на расстоянии не более одного ярда от них. Он сказал с удовольствием:

— Отлично, тут нас никто не увидит. — А какая-то женщина рассмеялась в ответ.

Джанет быстренько забрала руку, а Ниниан в сердцах выругался:

— Проклятье!

Негромко, конечно, но с большим чувством. С другой стороны ширмы голоса двух человек доносились отчетливо, так, словно они сидели рядом, за столом.

Джанет встала, взяла свою сумку и вышла из-за столика. Ниниан догнал ее, взял за локоть и сжал его. Там, куда они вышли, было намного темнее, а женщина, чей голос и смех они слышали, когда сидели в нише, совершенно отчетливо проговорила:

— Мне это не нравится, и ты не должен так думать.

Глава четырнадцатая

Джанет проснулась ночью. Она мечтала, и мечта вместе с нею вынырнула из ее сна. Она села в кровати, чтобы немного прийти в себя.