Читаем В тени полностью

А потом пришла весна, а за ней лето. А, потом все покатилось, словно колесо вечности! Я уже давно не вижу себя. Я уже давно стою над пластом суглинка, поглотившего меня. Я истлел, и товарищи мои истлели; но мы, все так же, непоколебимо стоим теми же прерывистыми цепями. Мы не сместились ни на шаг, как и десятилетия назад в той страшной мясорубке. Мы ждем. Ждем одинокого грибника, понуро плетущегося по лесу, или веселой компании, заехавшей на автомобиле в лесочек и шумно галдящей. Ждем одного или нескольких. Мы здесь! Ну, неужели вы не видите нас? Вот же мы!..

А вы, идущие сегодня и блуждающие в поисках крепкого подберезовика, так никогда и не догадаетесь, кто же это вас обдувает и шевелит волосы, опрокидывает кузовки с ягодой, нежно касается ваших рук, шарящих в траве…

Это они – наши отцы и деды, тянут к нам свои руки в надежде, что мы их потомки придем и отдадим им последние почести, оценим их ратный труд и ужасный конец!

***

Стоял июнь 1941 года. Колеса поезда медленно отсчитывали километры. У окна вагона стоял лейтенант и отрешенно смотрел на лесной пейзаж, что проплывал за стеклом окна.

– Николай, что же вы не идете завтракать? – позвала офицера молодая красивая женщина лет тридцати пяти.

– Николай, – повторила она, неторопливо раскладывая на столике вареную картошку и жареную курицу, – неужели вы думаете, что я одна могу это съесть? Помогайте мне.

Он усмехнулся. Ему были приятны внимательность и настойчивость этой женщины. Казалось, ее задорная улыбка могла легко растопить не только сердце молодого офицера, но, наверное, и лед.

– Спасибо, Маргарита Николаевна. Вы меня просто раскормили за эти двое суток. Никогда я так много и вкусно не ел, но сегодня мне не хочется есть. Вы уж меня простите, Христа ради! – ответил лейтенант.

Женщина сделала обиженное лицо. Ее симпатичное личико стало таким смешным, что Николай невольно улыбнулся. Насколько он знал из ее рассказов о себе, Маргарита Николаевна была женой крупного военного начальника, который служил в Западном военном округе и занимался снабжением войск. Они ехали вместе от самой Москвы и за это время успели не только познакомиться, но и в какой-то степени подружиться.

Сам Смирнов Николай совсем недавно окончил военное пехотное училище, и был направлен для дальнейшего прохождения службы в один из гарнизонов, который дислоцировался в ста километрах от границы. Насколько он знал, часть размещалась в болотистых лесах Белоруссии и в настоящее время находилась на учениях в летних лагерях.

Он был чуть выше среднего роста, широк в плечах. Правильные черты его лица дополняли, верней, украшали большие голубые глаза, обрамленные густыми ресницами, которые всегда вызывали зависть у девушек. Заметив, что женщина нуждается в помощи, он взял в руки нож и легко разрезал курицу на две половины.

– Ох, у вас и силища, Николай, – восхищенно произнесла женщина, глядя на его руки, которые так легко и непринужденно разделывались с курицей. – Вам, наверное, и подкову разогнуть ничего не стоит?

– Ничего не могу сказать об этом, уважаемая Маргарита Николаевна. У вас просто прекрасный нож, вернее, сталь, из которой он изготовлен.

– Вы правы, нож действительно хорош. Его подарил мне муж после командировки в Германию. Вы знаете, муж всегда восторгался немцами – это нация, которая умеет делать хорошие, качественные вещи.

«Почему она сказала мне об этом? – подумал Николай. – Что это: попытка еще раз прощупать меня или просто женская болтливость? Жене крупного армейского руководителя нужно следить за своими высказываниями, ведь она не знает, кто я!»

– В Германии сейчас фашисты, – как бы, между прочим, ответил ей Смирнов. – Они подмяли Европу и сейчас находятся по ту сторону границы.

Маргарита Николаевна оторвала взгляд от стола и внимательно взглянула на него.

– Скажите, вы тоже считаете, что будет война? Мой муж почему-то не верит во все эти слухи. Если бы они были враждебно настроены против нас, то не стали бы заключать Пакт о ненападении. Разве я неправа?

Николай не ответил. Ему не хотелось дискуссировать на тему войны. В Москве, на вокзале, когда он ждал своего поезда, ему в руки случайно попала газета «Правда», где внимание привлекло небольшое сообщение об очередном аресте генералов:

"В период с 4 по 12 июня 1941 ггода, за деятельность, направленную на подрыв боеспособности Красной Армии, органами НКВД были арестованы: начальник Управления кадров ВВС генерал-майор В.П. Белов, генерал-майор авиации А.А. Левин, генерал-лейтенант авиации, начальник Главного управления авиационного снабжения П.А. Алексеев».

Эта небольшая заметка оставила у него в душе какой-то неприятный осадок. Буквально перед окончанием училища, где учился Смирнов, органами НКВД были арестованы начальник училища и его заместитель по строевой подготовке. Их обвинили в заговоре, но по училищу ходили упорные слухи, что их арест был связан с тем, что они в свое время служили вместе с маршалом Тухачевским. Все эти разговоры резко пресекались новым командованием училища!